b000002177

очень затруднительным , когда Сереже пришла счастливая мысль. — Вот что, господа, мы передадим этого юношу чело­ веку, который лучше меня неизмеримо, братцы мои, и зн а е т тоже неизмеримо больше, и честнее он меня тоже неизмеримо. А от времени до времени и я непрочь. Этот «неизмеримо лучший» человек был Пугаев. Все согласились, что более удачной мысли не могло и быть. Г л а в а т р е т ь я « С Ы Н Н А Р О Д А » I Пришли. Пугаев жил на Арбате, в деревянном двух­ этажном домике на дворе. К вартира его помещ алась на антресолях. Д в е низкие комнатки, заставленные старою «сборною» мебелью , и какие-то темные уголки, отгоро­ женные перегородками, составляли все помещение. На„- ших знакомцев встретила какая-то молоденькая бледная худая женщина и провела в кабинет; в соседней комнате на старом диване л еж а л а с книгой в руках другая моло­ д ая женщина, и тоже, повидимому, больная; по крайней мере на лице ее л еж али тени недавнего страдания, уто­ мления и следы слез. Она взглянула молча на пришедших и тотчас ж е принялась опять читать. П ервая молодая д ам а , сказав, что «дядя» ушел до лавочки только, скры­ л ась в одну из темных каморок, где зап л ак ал ребенок; однако он скоро успокоился. В комнате настала тишина. Н аши посетители молчали. Петр трусливо осматривал кабинет: в нем было беспорядочно и грязновато, хотя, по­ видимому, кто-то и с тар ал ся завести порядок. Книги и по­ суда, белье и провизия — все это л еж ал о в разных местах и вместе. Петру это «не показалось». Это было первое впечатление. Ч ерез несколько минут в комнату вошел, тихо ступая и осторожно притворив за собою дверь, чело­ век среднего роста, довольно полный, лет сорока, с доб­ рыми серыми глазами и открытым, располагающим