b000002177

* — Ведь др ат ь тебя — одно приходится. Вот до чего ты хочешь мир довести. — Тьфу! — окончательно рассердился Сатир и так плюнул в свою теплину, что она затрещ ала. — Д а вы что? — вскочив, закричал он на дергачев- цев, — а? Вы когда спокой мне дадите? — Д а ведь мы — мир, толком тебе говорят! — Мир!.. Мир!.. — повторял в волнении Сатир. — Д а разве мир-то затем установлен, чтобы жилы из человека тянуть? — Д а ты постой... — Ведь вы, господи благослови, как день-то деньской начнется, дадите ли с своим миром человеку отдышку-то? Кто обязы вает меня вам каторжную -то лям ку тянуть? — Кто?.. Кто?.. Начальство! — Начальство?! Т ак ты т а к и говори, пустая твоя бо­ рода! — накинулся Сатир на старосту, м ахая руками и уставившись на него страшным кривым глазом . — Ты миром-то не суй... Богохульник! — Что ты кричишь? — осердился и староста. — П устая борода! — Р у гатель — одно слово... — Мир!.. Холуи — вот вы кто! Сатир растер сапогами теплину, схватил лож ку и пули и ушел в овин. М ужик посмотрел ему вслед. — Ушел! — сказал староста Макридий и в отчаянии взмахнул руками. — Чего тут стоять-то? Пойдемте. Пошли. Но на улице опять остановились перед С ат а ­ ровой избой и стали смотреть на нее. — Чего смотреть-то? — ск а зал Макридий. — Сносить надо! — Б ез спросу-то? — Д а что ждать-то? Сноси — и ш абаш , коли он счастья, можно сказать, своего не понимает. — Б ез согласу нельзя, — заговорили мужики, — это что ж будет? — Д а ведь мы — мир! — уверял староста. — Мир!.. Мир!.. Мир не на то установлен, чтобы чело­ века утеснять... Б ез согласу нельзя. — Нет, нужно пождать. 2 Златовратский 17