b000002177

— Ваш е благородие, минуточкой ...— лепетал Лимпо­ дист, и, дрож а всем телом, копается он у себя в сундуке и потом сует унтеру что-то в руку. Гроза отведена, артель засыпает и не нахвалится своим старшим. Иногда, чтобы умилостивить мундирного ц е р б е р а 1 своей улицы, артель д ав ал а ему даровы е представления, с разбитыми носами, с фонарями. Д в е артели — маляров и дергачевцев (они были просто чернорабочие) — выхо­ дили стенка на стенку, а с тр аж замоскворецкого спокой­ ствия похаживал по панели и щ елкал на морозе рука об руку. Увеселения разбаловавш ихся ради начальства дере­ венских малых шли дальш е, в особенности, когда к стражу приставали в качестве зрителей скучающие замоскворец­ кие обитатели в лисьих и бараньих шубах. Тут Лимподист выпускает на арену одного из своих артельщиков, глупо­ ватого седого старичка. «Ероша! Е р ош а !— умильно звал он его, — будь добр, утешь публику... Ангельская душа, разуважь! Пройдись в полном виде!.. Уж мы тебе вы­ пивку схлопочем в лучшем манере!.. Ваши степенства! — обращ ается он к купцам, — поднесите старичку для ку­ ражу». Старичку подносят, и глуповатый старичок мигом снимает лапти и порты и проносится босиком вихрем по известной дистанции, при тридцатиградусном морозе. Публика ревет и завывает, а Лимподист выхлопатывает уж е опять старичку выпивку и сердечно спрашивает: «Ну что? Выпил, Ероша? Ловко?.. А ты еще целый день ноне тосковал!.. Чудак!» — «Выпил, выпил... Д ай тебе господи! Уважил!.. Ах, братец, совсем ты меня из гроба поднял... И ей-богу!» — шепчет ему умильно стаоичок. А увеселе­ ния идут еще дальше... М адаму обрели!.. М адаму нашли!.. — кричат ка- кие-то молодцы, где-то за забором поднимая пьяную женщину. — Господин начальство, как прикажете? Положить ей холодную компрессу! — дирижирует с тр зж . Мигом строит артель из снега седалищ е, и, подняв на женщине одежду, плотно всаживаю т ее с сугроб. 1 Ц е р б е р — пес, стороживший вход в ад (антчн миф.); в пе­ реносном смысле бдительный злой страж .