b000002177

Кто-то крикнул опять: «Федосья!» Затем другой ж ен ­ ский голос, в другом конце дома, подхватил опять: «Федосья»; наконец где-то позади сеней, вероятно в кухне, новый женский голос кричал: — Федосья! Скорей! Звонят! Отпирай двери! П апа сердится! Кто-то, ворча и пыхтя, подбежал к двери, отложил крючок и отворил. Выглянуло вспотевшее красное лицо с испачканным в муке носом и в сбившемся набок платке на голове. — Здесь... ф атерка с д а е т с я ?— спросил Петр. — Что вам нужно? Входите!.. Холодно!.. Затворяйте дверь плотнее! •— вместо высунувшейся с белым но­ сом персоны закри чал высокого роста, с строгим в згл я ­ дом , седою головой и седыми баками хозяин, стоя в х а ­ л а т е за отворенною в переднюю из зальцы половинкой двери. Петр вошел. — Ф а т е р к а ... — начал было он опять. — Проходите ближе! Сюда! — приказы вал х о зя и н .— Вы... ты чем занимаеш ься? — начал он допрашивать, су­ рово осм атривая с головы до ног молодого п арн я и при­ хваты вая рукой ворот хал а та и шею, на которой был повязан шерстяной чулок. — По конторской и коммерческой части. —• Ты... вы где служите? — продолж ал он, меняя лич­ ные местоимения и не зная, на котором из них утвер­ диться. — При скл ад ах купца Башм акова и К0- •— Сколько получаешь? — Д вести рублей в год. — Ты... вы одинокий? — Одинокий. •— Аполлинария Петровна! Покажите! Неизвестно откуда вдруг в углу зальцы явилась м а ­ ленькая, худенькая, седая старуш ка с большою старин ­ ною черепаховою гребенкой, всунутою за седую косичку на затылке. Сухими костлявыми пальцами она вязала чулок. — Пойдем, батюшка, пойдем за мной, — приглаш ала она Петра и, не переставая вязать, пошла впереди него *