b000002177

Петр отворил дверь, вдруг все вздрогнули и переменились в лице. Петр молча и истово помолился пред образом , з а ­ тем в три приема низко поклонился родным. Никто не шелохнулся, и только Феклуша три р а за тихонько сплю ­ нула в сторону да Ульяна Мосевна перекрестилась. — Бог в помочь! — проговорил Петр. Никто не отвечал, только опять одна Ульяна Мосевна проговорила тихо: — Благодарим ... Милости просим! Садись! Петр прошел к столу и сел около него. Все отодвинулись к углам избы и молчали. — Весьма для нас было это неожиданно, — начал слегка дрож ащим голосом Петр, постукивая в волнении пальцами о доску стола и смотря на дверь, — весьма не­ ожиданно, что мы вообще о том всю жизнь свою помыш ­ ляли, чтобы как всем нам лучше приустроиться, а зам ест того... от нашего невежества... самих себя в разоренье привели; Петр остановился. Не от невежества это, а от греха, от вр ага рода человеческого, — зам етила Ульяна Мосевна. Вахромей закурил трубку, отворил окно и, облоко­ тившись на него, стал выпускать тонкие струйки дыма. Но как это дело, значит, выходит, поконченное — увереннее продолж ал Петр, — то об нем и панафиды петь нечего. А к тому я говорю, что и теперь, ежели умственно дело взять, можно еще к наилучшему все приустроить. Мы с тятенькой так порешили: оставаться всем нам здесь на прежнем положении, и работы вести сообща и опера­ цию земельную то ж сообща произвести. Вы нашему уму покоритесь, а мы вас не обидим. Земли ваши при вас останутся, а наши при нас: никому, значит, не обидно а всем ^ уч ? г №МЯ Г бЩа 0 Т° М буДСМ стаРаться, чтобы как всем лучше... К ак ты, тетенька, об этом скаж еш ь’ тала не зОяе пебяО,я П0ТРУШеНп а ’ ТуТ СТ0Р°на. Я и. хлопо- нало Я ня Д ’й 3 СИр° Г' ЧбГ0 Мне наДо? Мне ничего не Улья н а Мос евна век от трудов прокормлюсь! - ск а зал а льяна Мосевна. — Вот дядьев спрашивай, их бы совета тебе давно принять надо... совета — Наши дядья туги насчет этого. Кабы они умствен­ ного дела касались, так столь большой скорби д л я нас 130