b000002176

дЪвки какія! Говорятъ: развЪ кто за Чижика за- мужъ пойдетъ? Хохочутъ! А что изъ того, что онъ Чижикъ? Да добротой его Господь наградилъ не въ примЪръ прочимъ . . . Недаромъ къ нашему ПетюшкЪ при вязался... Тотъ тоже сердцемъ-то , быль ровно младенецъ . . . — Что ужъ за мужикъ — птица! Какой дЪвкЪ ■пріятно, коли смЪяться надъ мужемъ будутъ?. — СмЪхъ смЪху рознь . . . Надъ Чижикомъ и ■посмЪются, а глядишь — вЪрнЪе Чижика нЪтъ, все ■ к ъ Чижику идутъ . . . Хоть и дЪло у Чижика не спорится, а всЪ Чижику вЪрятъ, потому съ нимъ . дЪло, какъ съ младенцемъ, чистое. Такъ говорили большаки Волчьяго поселка, пока худощавый человЪкъ почти бЪжалъ по на- правленію къ селу Доброму, борясь съ дувшимъ ему навстрЪчу сЪвернымъ вЪтромъ и весь погру­ женный въ какія-то свЪтлыя мечты. Этотъ худощавый человЪкъ съ обостренными чертами лица, этотъ мужичокъ-птица, эта, нако- нецъ, сиротская младенческая душа былъ Филаретъ Флегонтычъ, сынъ давно уже помершаго дворового человЪка. Филаретъ Флегонтычъ, какъ, вЪроятно, замЪтили читатели, извЪстенъ подъ разными про­ звищами: Птицы, Чижика, Филаретушки, а иногда и просто Филаретки, но, какъ бы его ни прозывали мужики, каждое прозвище, несо'мнЪнно, било на то, к чтобы выразить собою существеннЪйшую сторону его души: какую-то чисто птичью беззавЪтность пЪвучесть. Филаретушка былъ дергачевецъ, отя и не считался полноправнымъ членомъ этого "великаго міра; а не считался потому, что имЪлъ ( Дергачахъ только небольшую избушку, въ кото- ьй и жилъ съ своею матерью, да полдесятины своей Н. Н. Златовратскій. III.. 5