b000002176

его предъ собою и долго пытливо смотритъ въ его лицо, страстно любуется имъ, подперевъ голову рукой (Петръ теперь уже окончательно «посвятил­ ся» въ барскій костюмъ и промЪнялъ на рынкЪ свою чуйку на пиджакъ); а въ немъ неудержимо кипитъ и волнуется кровь, краска то охватитъ по- лымемъ его лицо, то вдругъ отхлынетъ и замретъ сердце. И никогда еще въ своей жизни не чувствовалъ Себя Петръ «вполнЪ человЪкомъ», свободнымъ и независимым^ сознающимъ свое достоинство, какъ въ этотъ бурный періодъ своей юности, кото­ рый, по странной ироніи человЪческой судьбы, онъ первый же вскорЪ и проклялъ. Но всему есть конецъ, читатель. Пришелъ ко- нецъ и замоскворЪцкимъ святкамъ. * III. Рождественскій мясоЪдъ нынЪшняго года былъ очень коротокъ. ПролетЪла масляница. Была уже середа первой недЪли Великаго поста. Стояла от­ тепель. ЗамоскворЪчье приняло самый великопост­ ный видъ. Жиденькіе колокола раздражительно, уныло и монотонно звонили, въ перезвонъ, къ «еѳимонамъ». Среди пЪшеходныхъ богомольцевъ не можетъ не обратить нашего вниманія одна фи­ гура, очень намъ знакомая. Когда-то, въ томъ же самомъ видЪ, мы уже встрЪчали ее въ этихъ мЪ- стахъ . То былъ молодой человЪкъ, въ длинной су­ конной чуйкЪ, полы которой онъ подобралъ на од­ ну руку, а въ другой несъ большой бЪлый парусин­ ный зонтикъ; на ногахъ у него были болышіе, тя­ желые мокроступы, а на головЪ новая суконная