b000002176

r t святокъ. Но тутъ дЪла нЪсколько измЪнились. «ВЪчный студентъ» Сережа вЪчно мыкался по урокамъ и вЪчно нуждался. ИзвЪстно, что «мо- сковскія кондиціи» въ былое время отличались не столько денежною стоимостью, сколько «пита­ тельностью» и обиліемъ угощенія. На урокахъ у гостепріимнаго москвича пять разъ можно спить­ ся даже крЪпкому студенту, какъ это хорошо знаютъ ‘многіе, подвижничавшіе по кондиціямъ. Такъ и Сережа на урокахъ получалъ мало, а пилъ много; вслЪдствіе обЪихъ этихъ причинъ и сидЪлъ уже на факультетЪ седьмой годъ, заполу- чивъ, за выслугу лЪтъ, званіе «вЪчнаго студента». ВсЪ эти обстоятельства имЪли результатомъ то, что, во-первыхъ, черезъ двЪ же недЪли уроки съ Петромъ потеряли у него прежнюю пунктуаль­ ность, такъ какъ часто по вечерамъ Петръ не заставалъ учителя дома, который былъ или на именинахъ у своихъ, «на кондиціи», или въ трак- тирЪ съ пріятелями; во-вторыхъ, скоро потеряли и увлекательность, такъ какъ Сережа, которому всякіе уроки надоЪли до тошноты, сталъ зани­ маться спустя рукава; а въ-третьихъ, Сережа сталъ занимать у Петра деньги — по полтинни­ ку, по рублю: ничего не подЪлаешь! то керосину нЪтъ, то чаю, то «раздавить маленькую» хочется съ похмелья. При томъ, нужно было принять во вниманіе, что Сережа былъ реалистъ — и дальше ариѳметики съ геометріей не шелъ, во всЪхъ же прочихъ наукахъ считалъ себя слабоватымъ. Все это заставило его въ душЪ, «какъ парня честнаго», устыдиться своего поведенія предъ Пе­ тромъ, и онъ сталъ подумывать, кому бы, болЪе подходящему изъ своихъ собратьевъ, свалить на