b000002176

же»,— такъ измЪнйлся «волченокъ» («волченкомъ» его звали и въ деревнЪ, и въ артели, по случай­ ному совпаденію также прозвали его и у Дрека- ловыхъ, и среди молодежи). Движенія его сдЪла- лись развязнЪе, языкъ вычурнЪе, глаза смотрЪли открытЪе и прямЪе. А, главное, онъ былъ веселъ и болтливъ. Онъ разсказывалъ, какъ онъ теперь «возвысился», гдЪ жилъ, у кого учился и чему. Артель диву давалась, а Лимподистъ самымъ до- бродушнымъ образомъ приходить отъ Петра въ восторгъ и все повторялъ, что у нихъ Петрушка «высоко взлетйтъ». ПросидЪвъ у дергачевцевъ вечеръ и возвраща­ ясь отъ нихъ домой, онъ чувствовалъ себя еще лучше, чувствовалъ какое-то нравственное удо- влетвореніе. Его душу нЪсколько гнело то, что онъ ушелъ отъ дергачевцевъ, отъ артели, какъ будто тихонько, украдкой, «убЪгомъ», что онъ скрывался отъ нихъ, что онъ какъ будто стыдил­ ся ихъ. Но прежде считалъ онъ такое поведеніе необходимыми и крЪпкая воля помогла ему не­ уклонно слЪдовать тому, что въ данный моментъ онъ считалъ нужнымъ. Теперь же онъ какъ буд­ то вдругъ снялъ съ плечъ какую-то обузу, тЪмъ болЪе, что отъ дергачевцевъ не только не услы- халъ онъ выговоровъ, а, напротивъ, всюду встрЪ- чалъ одобреніе въ томъ, что онъ теперь живетъ «чисто», что онъ не «заболтался», не «зашибся», обстоятельно ведетъ себя, ну, и по наукЪ по- шелъ . . . Мало ли отъ этого и себЪ, и своимъ пользы будетъ! . . Кому эта грязь-то по душЪ? Знамо! Надо, судить по человЪчеству!. . . Только ужъ* единственно, какъ нужда . . . Въ такомъ настроеніи жилъ Петръ почти до