b000002176

ные, въ трактирахъ, цЪлою ордой, до пятаго пота) чаи изъ собственныхъ «сервизовъ». И какъ было пріятно ему, когда приглашали его въ свою «ти­ хую, степенную, благородную бесЪду за собствен­ ными сервизами» его сослуживцы, когда чистота, опрятность маленькаго собственнаго «отдЪльнаго помЪщенія», съ цвЪтами на окнахъ, съ гитарой, съ платянымъ шкапомъ, съ стариннымъ маленъ- кимъ диваномъ, съ половиками у дверей, съ вы- мытымъ начисто поломъ, охватывали все его су­ щество. И вотъ, возвращаясь въ артель, его ду­ шили злыя слезы, когда разные троюродные и чет­ вероюродные дядья, шабры и всякіе земляки начи­ нали «родительски» внушать ему, что «своими-то брезговать нечего», что «оно хоша и бЪдно и гряз­ но, а все жъ свое, родное, близкое», что на куп- цовъ-то смотрЪть нечего, «потому у нихъ свое по­ ведете, а у мужиковъ свое, такъ ты того и дер­ жись, къ чему сызмалЪтства прирожденъ», что «твои-то старики съ каждою оказіей молятъ, чтобъ за тобой смотрѣть всячески, чтобъ ты отъ крестьянства не отбивался, чтобъ съ родствен­ никами и земляками неуклонно пребывалъ въ по- чтеніи и дружбЪ . . . А брезговать-то нашею му­ жицкою бЪднотою еще, загодя-то, нечего, повре­ менить н адо . . . Еще Богъ знаетъ, какое тебЪ произволенье указано! Еще журавли-то въ небЪ летаютъ! . . . Такъ -то, Петруша». И въ ту минуту, когда въ его воображеніи съ такою замЪчательною отчетливостью встаютъ всЪ эти троюродные дядья, шабры и всякіе близкіе и дальніе земляки, изрядно подвыпившіе и тЪмъ какъ бы почувствовавшіе сугубое призваніе чи­ тать «молодымъ» парнямъ наставленія, молодой