b000002176

— Правду говорю. Что! пустое это дЪло . . . Несправедливое! — Да ты самъ-то не пей, прахъ тебя побери! Ты насъ угости . . . — А угощать того хуже! — полусерьезно, по- лудобродушно говорилъ Строгій, постукивая паль­ цами по столу. Дьяконъ пришелъ совсЪмъ въ изумленіе, а пи­ сарь и учитель рЪшили, что онъ становится «ши- шигой». Но батюшка сказалъ ему, уходя, внуши­ тельно улыбнувшись, что это съ его стороны «не болЪе, какъ меланхолія». Съ тЪхъ поръ это прозвище утвердилось за Строгимъ среди деревенской интеллигенціи. Между тЪмъ, Строгій послЪдовательно разви­ валъ свою «меланхолію» и подъ ея давленіемъ вы- работалъ совершенно своеобразные взгляды на весь деревенскій обиходъ. Прежде всего, онъ вдругъ пересталъ ходить въ церковь: когда начи­ налась служба, онъ надЪвалъ свой новый синій кафтанъ, выходилъ на зады своей избы, стано­ вился на холмъ, гдЪ изъ-за старыхъ вязовъ вид- нЪлась вдали церковь, и здѣсь, молясь на сверкав- шій на солнцЪ крестъ колокольни, выстаивалъ всю обЪдню. — Вонъ и Строгій подъ дубьемъ свою обЪдню отслужилъ! — говорили про него мужики, возвра­ щаясь изъ церкви; они улыбались, но это не была ни насмЪшка, ни порицаніе. Прошелъ слухъ, что Строгій ударился въ рас- колъ. Этотъ слухъ дошелъ, съ одной стороны, до священника, съ другой — до мЪстнаго расколь- ничьяго начетчика, жившаго въ селЪ, верстъ за пятнадцать. Какъ тотъ, такъ и другой поспЪшили 13*