b000002176

лЪе прогрессивнымъ значеніемъ, чЪмъ бывшіе подъ- ячіе). И при этомъ человЪкъ строгихъ правилъ одинаково соболЪзновалъ какъ о той, такъ и о другой половинЪ семьи Волковъ. Время шло. Наступила весна. Въ послЪдній разъ проЪхали на саняхъ въ городъ, и то съ тру- домъ, ходоки Волчьяго поселка. Хмуры, раздражи­ тельны и молчаливо-суровы были они теперь. Дав­ но уже сошли съ ихъ лица доброта, наивность и ласковая улыбка, воспитанныя среди мирной, без- хитростной жизни деревенскаго достатка. Истом­ ленные заботами, непрестанною мыслью о буду- щемъ, о грозящей страшной нуждЪ, Ъхали они въ городъ съ тщетною надеждой услыхать, наконецъ, рЪшеніе своей судьбы. И судьба Волчьяго поселка скоро была рЪшена. ДвЪ трети пахотной земли (въ нее входила пре­ имущественно земля, которая была въ пользованіи дергачевской общины) были присуждены младшимъ братьямъ, но рощи, третья часть пашни и вся Ко- рявинская пустошь поступили въ вЪчное и неру­ шимое владЪніе большака, старшаго брата. Впро­ чемъ, здЪсь считаю нужнымъ замЪтить, во избЪ- жаніе могущихъ быть недоразумЪній, что, внося, вскорЪ по своемъ прибытіи въ Волчій поселокъ, деньги за Корявинскую пустошь, во избЪжаніе тяжбы съ барыней, Петръ вовсе не имЪлъ тогда въ виду пріобрЪсть эту пустошь въ свою исключи­ тельную пользу: онъ дЪлалъ это для блага всей семьи. И только уже впослЪдствіи, когда оказался неизбЪжнымъ раздЪлъ и Петръ крЪпко всталъ на своемъ: «пущай нашему уму покорятся — мы не обидимъ», — только тогда сдЪлалось такъ, что документы на владЪніе пустошью очень при-