b000002176

беретъ сосЪдокъ-матерей, свяжутъ парня, да на овинЪ и высЪкутъ! Т акъ бабъ-то и боялись! Од- нова такъ -то одна женка мужа учила. Вотъ у насъ какіе порядки-то были: у мужиковъ — міръ, а у бабъ — свой . . . Наше время строгое было. Чего смЪетесь? ВЪрно говорю, — строго закончила Ѳе- клуша, когда раздался звонкій хо хо тъ Луши и Ивана Забытаго. Даже самъ Андрей Терентьичъ Клопъ разсмЪял- ся и скептически покачалъ головой. Ужъ на что^ былъ онъ «смиренный» мужикъ, и то усомнился, чтобы у бабъ могла быть такая сила. — МнЪ ужъ вотъ за девятый десятокъ пере­ валило, неужто лгать буду? . . Чего гогочешь? — обидЪлась было Ѳеклуша. ■—- ВЪрно, вЪрно, Ѳеклуша! сама слыхива­ ла, — поддержала ее Ульяна Мосевна. — Погоди, вотъ и мы какъ ни то въ силу войдемъ, и мы ба­ бушкины порядки заведемъ! Развеселившаяся рабочая компанія заставила Ѳеклушу еще разсказать про старые бабушкины порядки. У каждаго и въ своей памяти нашлось кое-что подходящее. Ѳеклуша была очень довольна и все время съ усердіемъ разсказывала про свое «строгое время». Ея разсказы на этотъ разъ от­ вели отъ обитателей поселка налетЪвшее было уны- ніе. Ульяна Мосевна была очень довольна этимъ и сама Шутила все время, но, тЪмъ не менЪе, когда, послЪ обЪда, вернулись Вонифатій и Петръ, она по­ ложила предъ образомъ три поклона и направилась къ Вонифатьевой избЪ. Если бы кто-нибудь изъ обитателей поселка увидалъ ее въ это время, по- смотрЪлъ ей въ серьезное, вдумчивое лицо, замЪ-