b000002175

4 3 4 Д е р е в е н с к іё п о л и т и к и . грязную эстраду, румяныхъ, густо намалеванныхъ, съ открытыми плечами арфистокъ и цы ганокъ. . . пьяные танцы смѣняющихся го стей . . . А онъ все пилитъ и пилитъ на скрипкѣ съ какимъ-то ожесто- ченіемъ, полный только одною надеждой, однимъ желаніемъ, что раскутившійся купчикъ броситъ рублевку или пятерку голоднымъ музыкантамъ . . . Давно уже исчезла для него вся прелесть ча- рующихъ звуковъ; въ визгливыхъ струнахъ ему слышались только упреки бѣдной жены, плачъ го- лодныхъ ребятишекъ, ругань квартирной хозяйки, холодъ зимней ночи подвальнаго э т а ж а . . . Потомъ и это исчезло . . . Выгнанный з а гру- бость пьянымъ хозяиномъ, со скрипкой подъ мыш- кой, въ лѣтнемъ нанковомъ сюртучишкѣ, холод- ной осенью, онъ играетъ въ гостиномъ дворѣ, предь кучкой купцовъ и приказчиковъ, подвыпившій, го- лодный и измерзлый, приплясывая подъ свою му- з ы к у ................................................................................... ...... — Эй, мусью! Ну-ка, позабористѣе, — кри нулъ кто-то позади, толкувъ его въ Плечо. Старый музыкантъ пугливо вздрогнулъ и тороп- ливо ударилъ привычными пальцами по клавишамъ. Дребезжавшіе звуки, попрежнему механически и безжизненно, начали вылетать изъ разбитаго ин- струмента, а между тѣмъ воспоминанія не оставля- ли стараго музыканта . . . Неудержимою вереницей неслись предъ нимъ они . . . Вотъ мелькнулъ образъ больной жены, ходившей въ п р ач к ах ъ . . . вотъ по- везли ее на кладбище . . . желтый деревянный гробъ, мужицкіе роспуски . . . З а гробомъ идутъ дочь и сынъ . . . дочь плачетъ . . . сынъ, ежась отъ холода, въ опоркахъ, бѣжитъ по панели . . . Теперь его дочь вотъ такъ же пляшетъ, съ подкрашенными щеками,