b000002175

— Не знаю. Но нужно полагать, что верну- лась, судя по ея словамъ .. . Такъ, что жъ, идемте? Морозовъ ходилъ вдоль комнатки и молчалъ; потомъ взялъ со стола свою фуражку и, комкая ее въ рукахъ, еще прошелся нѣсколько разъ. Я сѣлъ набивать папиросы. — Нѣтъ, н е зач ѣм ъ !. . Теперь совсѣмъ неза- чѣмъ. Теперь ужъ поздно . . . Знаете:_переломан- ныя кости хорошо и быстро ср а с таю тс я \р л ьк о въ юности, — вдругъ заговорилъ онъ. — Прощайте! — Онъ подалъ мнѣ руку и, крѣпко сжима# ^ в ь ней ною, продолжалъ: — Прощайте! Навѣрно, я съ вами не увижусь здѣсь . . . Можетъ быть, впрочемъ, что послѣ гдѣ-нибудь и свидимся. Если же нѣтъ •— не поминайте лихомъ . . . Вотъ здѣсь (онъ пока- залъ на лежавшій на столѣ пакетъ) . . . когда про- чтете, вы, можетъ быть, будете лучшаго обо мнѣ мнѣнія. . . Во всякомъ случаѣ, мнѣ было бы обид- но, если бы вы думали обо мнѣ плохо . . . Я васъ знаю давно, и вы — единственный человѣкъ, кото- рому я могу довѣрить свою «исторію». Когда при- Детъ время, вы прочитаете ее и, если будетъ возмож- чо, прочтите Катѣ . . . Катеринѣ Егоровнѣ . . . она пойметъ. . . Но не юношѣ, о которомъ я говорилъ вамъ . . . Вы знаете, Чего я не хотѣлъ бы, чтобы зналъ этотъ юноша . . . Прощайте! — Да надолго -Ли, по крайней мѣрѣ? — Можетъ быть, надолго, можетъ быть, и нѣть!.. Онъ надвинулъ фуражку на глаза и, сгорбившись снова въ моихъ низенькихъ дверяхъ, его длинная фигура скрылась. У меня сжалось сердце, к акъ буд- ю что-то ушло изъ него и оставило послѣ себя пустоту. я любилъ Морозова, любилъ его той при- • Ч’ Н. Златовратскій. V. 17 Г л а в а IX. Н а к а н у н ѣ . , 25 7