b000002175

2 4 8 ЗОЛОТЫЯ СЕРДЦА. зто покончится — одному Богу извѣстно; о ста- рухахъ же извѣстимъ. А онѣ вамъ кланяются и просятъ нижайше объ этомъ отписать. А Иванъ Терентьичъ всѣмъ кланяются и будетъ онъ къ осе- ни опять въ столицѣ. И засимъ мы съ маткой живы и невредимы». — Т акъ , такъ . . . это все точно, — перебилъ меня мужикъ; — только я тебя попросить хотѣлъ бы: пропиши ты тутъ еще, сдѣлай милость (вотъ тутъ, чистое мѣстечко осталось) пропиши насчетъ вотъ покойника-то, к акъ и что: Иванъ, молъ. Те- рентьичъ за нимъ ходилъ неустанио, какъ его съ петли сняли, и схоронилъ на свои капиталы (у му- жика-то только одна матка и была старуха, чуть съ голодухи не померла), самъ на вѣчное упо- коенье провожалъ! Я сдѣлалъ мужику все, что онъ просилъ. Наступающіе послѣ долгаго ненастья ведряные дни бываютъ какъ -то особенно хороши: воздухъ, еще нѣсколько влажный, мягокъ и свѣжъ; вымытая зелень блеститъ ярко и пышно, к акъ будто все убра- лось, вычистилось, выхолилось подъ праздникъ; по голубому небу весело бѣгутъ бѣлыя облака, словно гоняясь съ вьющимися вверху стрижами и ласточ- ками. На другой день, совершенно неожиданно, на по- рогѣ моей отворенной комнаты появилась сгорбив- шаяся въ дверяхъ фигура Морозова. — Вотъ и я къ вамъ забрелъ, — сказалъ онъ, съ добродушно-суровымъ выраженіемъ подавая мнѣ руку. — Милости прошу! — Я все поджидалъ васъ къ намъ, не утерпѣлъ, самъ пришелъ . . .