b000002175

1 1 2 Золотыя СЕРДЦА. — И возможное осуществленіе этого вы нахо- дите въ Башкировѣ? — спросилъ было я, но въ это время вернулся майоръ. Я успѣлъ только по гла- замъ Кати замѣтить, что врядъ ли бы еще она на это тъ вопросъ отвѣтила безъ колебанія — «да». — Она, очевидно, еще изучала его. — «И Орскъ — романтизмъ!» А? Помните вы это? — крикнулъ майоръ, обращаясь ко мнѣ. — «И Орскъ — романтизмъ!» к а к о в о ! . . Вотъ тебѣ сынъ народа! Какъ прошли цивилизованную шко- лу, да понюхали культурнаго житья, да ежели еще при этомъ жена богатая . . . — Папа! ты слишкомъ сталъ нападать на Пе- тра Петровича, — замѣтила Катя, кладя со стола на колѣни шитье и принимаясь снова за прерван- ную работу. — Какъ нападатъ? вѣдь ты сама видѣла! — нѣсколько недоумѣвая, обратился майоръ къ до- чери, — и вѣдь ты, кажется, с а м а . . . — Тогда, папа, было дѣло принципа, но соб- ственно самъ^по себѣ онъ — человѣкъ очень хо- рошій! — Ну, извини. Я что-то мало тутъ понимаю... — Морозовъ прежде всего очень хорошій че- ловѣкъ; онъ не падетъ т а к ъ низко, к ак ъ дума- ешь, — продолжала Катя: — я его уважаю . . . я уважала и его принципы, я сама жила его вѣрой, и ежели теперь . . . Но я знаю, я увѣрена, рано или поздно Морозовъ пойметъ это. Все это Катя проговорила нѣсколько взволно- ваннымъ голосомъ, нервно дѣлая складки на по- лотнѣ. — Ну, да, ну, да! защищай его! — сказалъ майоръ, любовно посмѣиваясь и подмигивая мнѣ