b000002175

104 ЗОЛОТЫЯ СЕРДЦА. — Да, это тъ грѣхъ за нами изъ вѣковъ, —- от- вѣтилъ кто-то, сильно напирая на о. Катя быстро встала, вспыхнувъ отъ чего-то: можетъ быть, она узнала голосъ гостя. — Говорите же что-нибудь . . . Вы понимаете, напримѣръ, что такое Кузьминишна? — почти шо- потомъ и нетерпѣливо спросила она меня. — Понимаю. — Ну, вы должны чувствовать и это . . . эту «вѣру сердца»! — сказала она и вышла въ сосѣд- нюю комнату. — Каточикъ! Катя! . . Поймалъ, наконецъ, братъ! . . Поймалъ! Ха-ха-ха! — кричалъ майоръ, проталкивая сзади въ дверь какую -то странную фигуру. — Ничаво, я теперь не убѣгу, — протяжно проговорилъ оригинально принимаемый гость. Признаюсь, не скажи снъ ничего, я не скоро узналъ бы въ этой странной фигурѣ Башкирова. Весь въ пыли и поту, въ старой синей поддевкі подпоясанной веревочкой, въ брюкахъ, засунутыхъ въ дегтярные сапоги, съ широко улыбающейся пот- ною физіономіей и довольными глазами, прикры- тыми большими синими очками, онъ былъ ориги- наленъ и неузнаваемъ. — Ха-ха-ха, братъ! Поймалъ! Старуха! При- пирай двери! Засовомъ! Крѣпче! — суетился, № димо, чрезвычайно чѣмъ-то довольный майоръ. — Ничаво, я теперь не уйду. Я и самъ изу- сталъ, — говорилъ Башкировъ, садясь несмѣло н» стулъ около двери и вытираясь большимъ клѣтча- тымъ платкомъ. —- Катя! Гдѣ же она? — озирался майоръ." Ты посмотри-ка: затащилъ, братъ, затащилъ!