b000002175

1 0 0 Золотыя СЕРДЦА. прошла она въ комнату Кати. Катя была уже одѣ- т а въ простую сѣренькую блузу, затянутую ко- жанымъ ремнемъ, съ клеенчатой шляпой на го- ловѣ. — Ты не бойся, Катюшка, — шепнула Кузьми- нишна, — я ужъ за тебя молилась, а теперь сама помолись. — Хорошо, няня; я про себя въ умѣ помолюсь. — Съ молитвой-то лучше . . . Я вотъ ужъ какъ боялась за тебя, не рѣшалась все, да помолилась — и трусить перестала . . . Вѣра, сказано, горами дви- г а е т ъ . . . Іисусъ-Навинъ съ вѣрой-то солнышко остановилъ . . . А ты шляпку-то сними, — вдругь посовѣтовала она Катѣ, — повяжись платкомъ, для насъ, деревенскихъ, лучше какъ -то . . . Катя наскоро сняла шляпу, покрыла голову бѣ- лымъ носовымъ платкомъ и вышла вслѣдъ за кре- с.тившейся на ходу Кузьминишной. Едва вышли они за околицу, к ак ъ навстрѣчу имъ показался майоръ, ѣхавшій съ Трошей съ по- левыхъ работъ. Кузьминишна перекрестилась. — Куда?! — вскрикнулъ майоръ въ необычай- номъ недоумѣніи останавливая лошадь, едва оніі только поровнялись. Троша было поднесъ руку къ своему бобровому картузу, чтобы съ подобаю- шимъ уваженіемъ раскланяться съ «барышней», какъ вдругъ его рука такъ и застыла на облуплен- иомъ и вытопившемся на солнцѣ козырькѣ. Увы!- снъ услыхалъ слѣдующія слова Кузьминишны, вор- чиво обращенныя ею къ майору: — Ну, батюшка, — сказала она, — не все праздновать; пора и другихъ вспомнить . . . Неда- ромъ, поди, учились. Майоръ уже готовъ былъ что-то еще крикнутЬ'