b000002175

Г л а в а IV. И с т о р ія п о к а я н ія . 95 А въ это время майоръ, усадивъ передъ собою дочь, говорилъ ей съ умоляющею просьбой въ гла- зах ъ : —- Голубушка! пожми мнѣ еще руку, еще такъ пожми . . . Мнѣ ничего больше не нужно . . . Онъ ловилъ ея руки, и она жала ему ихъ крѣп- ко, со слезами и страданіемъ въ глазахъ, смотря въ его розовое, влажное лицо, обрамленное сѣдыми, подстриженными подъ гребенку волосами и длин- ными усами, висѣвшими надъ плохо выбритой ниж- ней частью лица. — И надолго? — боязливо спросилъ майоръ Катю. — Да, надолго . . . теперь надолго . . . — А-а! . . . Ты, значитъ, слышала обо мнѣ? — стыдливо спросилъ майоръ. — Да, я слышала . . . Но нѣ тъ . . . нѣтъ . . . я не поэтому! — вспыхнула Катя. — Я совсѣмъ по другому. . . савсѣмъ по другому, — повторила она задумчиво. — И въ такое время! Ты не слыхала, можетъ быть, — у насъ зд іс ь вокругъ х о л е р а . . . — Слышада и это. Но мнѣ все равно . . . Вѣдь ты же не боишься! А Кузьминишна ужъ навѣрно не боится? Чѣмъ я хуже васъ? Въ дверяхъ показалась строгая фигура Кузьми- нишны. — Т акъ и надо . . . Омойтесь въ банѣ покая- нія и очиститесь въ горнилѣ смерти, — проговорила она наставительнымъ тономъ, молясь въ передній уголъ. Катя бросилась было къ ней, но Кузьмйнишна чопорно и серьезно расцѣловалась съ ней и сми- ренно, скрестивъ на груди руки (это ея обычная