b000002174

Полными скрытаго страданія и въ то же время боязливаг о изумленія глазами смотрЪлъ Русановъ въ лицо нищаго. — Знаешь ли ты, баринъ, кто я! . . Отчего я нищъ, сиръ и убогъ, а? Чего я по кабакамъ съ мЪшк омъ таскаюсь да что собака у порога дохну, а? . . Знаешь ли? — заговорить опять старикъ, все ближе подступая къ барину. —•ВЪдь, у меня домъ былъ, настоящій крестьянскій дворъ . . . Трехъ сыно­ вей я вырастилъ. Держалъ ихъ въ страхЪ Божі- емъ . . . Кто предо мной омЪлъ пикнуть? . . Предо мной семья-то какъ листъ дрожала. . . Первымъ владыкой былъ я . . . На міру, въ волости — отъ всякаго почетъ, отъ всякаго уваженье . . . А те­ перь? . . Ну, гоняли меня на долго, точно, въ Си­ бирь — ну, это мое дЪло, и за него одинъ я отвЪт- ст в ен ъ . . . А они-то что, какъ я вернулся, а? ВЪдь, они меня, что тряпку, чрезъ годъ выкинули... «Мы, говорятъ, тятенька, сами теперь на возрастЪ и сами теперь руки-то умЪемъ вертЪть да вожжами оха­ живать . . , Мы, говорятъ, не посмотримъ, что о т ец ъ . . . Не очень нонЪ взбалмошнымъ-то стари­ камъ баловаться позволяютъ !» Вотъ какъ загово­ рило негодное сЪмя!. . покоренья себЪ хочетъ отъ м еня. . . Старикъ вдругъ остановился и усталый опустил­ ся на стулъ. Онъ долго еще ворчалъ что-то себЪ подъ носъ, сморкаясь и кашляя. — Такъ -то, д р уж о к ъ ... Ты ужъ извини меня, что я въ горячность при тебЪ вошелъ . . . Горячъ я, сыз младости . . . А ты имъ купи водки-то, купи имъ, негодному отродью . . . Лучше будетъ. ВЪрь Богу, лучше будетъ . . . А то смотри — худо не было бы. Мраченъ былъ баринъ. Неясныя предчувствія