b000002174

они голодали съ переселенцами, мокли по поясъ въ грязныхъ ямахъ съ землекопами; терпЪли отъ штрафовъ, обмана и безработицы; ложились подъ розги; сидЪли по казематамъ и острогамъ . . . Таково было это безуміе. III. Ему оставалось немного до конца пути, всего два-три ночлега. Онъ присЪлъ отдохнуть у версто­ вого столба, и когда взглянулъ на свои ноги, грудь и руки, когда почувствовалъ, что всЪ члены его онѣ- мЪли и застонали кости, — ему другъ вспомнился весь его добровольный крестный путь, и ему стало страшно. Онъ невольно оглянулся кругомъ себя: онъ былъ одинъ, совсЪмъ одинъ въ безпредЪльной, пылающей зноемъ степи. Немного осталось ихъ изъ этой кучки безумцевъ: одни давно измЪнили и продали себя, другіе не вынесли, «устали впереди идти» и вернулись, третьи... третьи погибли, какъ безвЪстные пловцы въ безбрежномъ и глубокомъ морЪ. Ему стало тяжело, горько и больно; каза­ лось, онъ только теперь ощутить всю безконечную ■тяжесть поднятаго креста; казалось, онъ только теперь понялъ всю глубину своего безумія . . . «За­ чЪмъ? ЗачЪмъ было все это? И кому будетъ огь этого легче, кому прибавится хотя на ноготь сча- стія, силы, энергіи, славы? . . Безуміе! Безуміе!» " готовь былъ онъ крикнуть въ отчаяніи,какъ почув­ ствовалъ, что его сердце радостно забилось и тихая врачующая теплота разлилась по всему тЪлу: он1) не слыхалъ уже ни стона костей, ни боли язвъ- Онъ схватился за грудь, почувствовалъ драгоцен­ ный кладъ, лежавшій около сердца, и отчаяніе сМ^