b000002174

кости, что или въ концЪ убиваетъ совсЪмъ напо- валъ, не давая вздоха, или уже выдЪлываетъ ту­ пое, забитое, индиферентное существо. — А еще какихъ два мЪсяца предстоитъ пере­ жить е й !.. Хотя бы выхлопотать ей какое-ни­ будь пособіе на это время. — НЪтъ, знаете, ей лучше посовЪтовать бы остаться еще на годъ. -— Что вы, что вы? Это значить ухлопать ее окончательно . . . Еще годъ такой жизни !. . Она, вЪдь, только и живетъ надеждой, что вотъ, нако­ нецъ, будетъ вздохъ, хотя немного . . . При томъ, она обидится, если ей заикнуться объ этомъ. — Что дЪлать! Даромъ ничто не дается — судьба Ж ертвъ искупительныхъ просить, — продекламировалъ кто-то. — Какіе, однако, мы, господа, все еще эгои­ сты! . . А народъ? Милліоны, милліоны . . . Въ группЪ разговоры смолкли. Потомъ кто-то тихо спросилъ что-то насчетъ лекцій, и всЪ стали расходиться. Кто-то совершенно, повидимому, не­ произвольно запЪлъ про себя: «Укажи мнЪ такую обитель» . . . VI. Два мЪсяца спустя, въ самый скверный петербург­ скiй вечеръ , когда, обыкновенно въ концЪ ноября, идетъ суровая борьба упорствующей осени съ зи­ мой, въ квартирЪ ПобЪдинскихъ справляли окон- чаніе курса Надежды Павловны. Но если бы по­ сторонни человЪкъ заглянулъ въ эту слабо освѣ- щенную единственною лампой съ полуразбитый