b000002174

— Я вотъ только сейчасъ сбЪгаю на урокъ. Ни­ какъ, знаете, не могу оставить уроковъ даже на этотъ мЪсяцъ. . . Право, такое стеченіе обстоя- тельствъ . . . А вы спишите расписаніе и ждите меня черезъ полтора часа. И ПобЪдинская сбЪжала внизъ по лЪстницЪ, вы­ шла изъ госпиталя и почти бЪгомъ пустилась на урокъ, вся поглощенная тою напряженною торо­ пливостью, которая,- казалось, никогда уже въ жи­ зни не покинетъ ее: такъ она слилась съ ея на­ турой. Между тЪмъ въ одной группЪ студентокъ шелъ такой разговоръ по ея уходЪ. — А у ПобЪдинской какое нехорошее лицо, замЪтили вы? Ей Богу, такъ и кажется, что ей не протянуть недЪли . . . — Если бы вы знали, какъ она живетъ, что ей стоили всЪ эти пять лЪтъ, — это возмутитель­ но! .. Она содержала почти все это время мать, сестру и даже отца. Мать у нея ходить по найму стирать въ прачкахъ, тихонько отъ нея, а она сама, тихонько отъ матери, набираетъ столько уро­ ковъ, что у нея уже буквально нЪтъ свободной минуты. . . — Право? — Да, я ее знаю . . . но она никому ни слова. Ее, вЪдь, почти не встрЪчаешь на вечеринкахъ . . . Изумительно чуткая и деликатная натура! . . Я ни­ когда не встрЪчала такой. — Н у .. . вы, Петрова, вЪчная идеалистка: по­ стоянно преувеличиваете. — Право, право . . . Что вы? . . Я знаю это по себЪ, по всЪмъ нашимъ . . . Наша жизнь мало- мальски деликатную натуру доводить до такой чут-