b000002174

вая. . . МнЪ такъ тяжело сидЪть за учебниками . . . А если я не выдержу? . . Господи, помоги мнЪ! . . Нѣтъ, надо торопиться . . . Такъ нельзя . . . Мысли носились разорванныя, безсвязныя въ головЪ; куда, зачЪмъ торопиться, — Надя опять-та- ки не знала определенно, но она чувствовала всЪмъ существомъ, что на нее ложится все настойчивЪе какой-то фатальный долгъ, — долгъ жизни . И нина минуту въ ея голову не закралось сомнЪніе въ необходимости этого долга. Ея доброе, юное серд­ це говорило ей одно, что она должна быть на все, на все готова . . . Это было уже спустя полгода, незадолго до вы- пускныхъ экзаменовъ. Отецъ опустился совсЪмъ; онъ каждую ночь прих одить навеселЪ и иногда приносилъ денегъ, иногда самъ уносилъ послЪднія Цѣнныя вещи. Ихъ уютная квартира пустЪла часъ за часомъ. А мать смирялась все больше и больше, все уходила въ себя, все сокращалась, какъ улитка, все становилась молчаливЪе, и только съ какою-то подвижническою настойчивостью отдавалась хло- потамъ по хозяйству. Съ утра до ночи она варила, шила, стирала, безъ слова упрека, и даже иногда ве­ село смЪялась, когда въ праздничный вечеръ соби­ ралась вся семья около чистаго самовара. И ея ве­ селость была такъ заразительна, что самъ Побъдин- скій пускался разсказывать городскія новости, и ^м ъ было такъ хорошо, к акъ будто лучшаго они знавали раньше и лучшаго не желали. . . Но Это были очень рЪдкія минуты; достаточно было Кому-нибудь припомнить какую-нибудь недостаю­ щую вещь — и вдругъ иллюзія разлеталась, опять ^олЪзненно сжималось сердце, отецъ какъ -то по- рывисто поднимался и торопился скрыться.