b000002174

комъ полные слезъ каріе глаза, усмЪхнулась мнЪ испросила уже другимъ тономъ: — А помнишь ты, Ваня, нашу деревню? — Помню. — Хорошо? . . Я была еще очень, вЪдь, малень­ кая, когда мы тамъ жили, а все хорошо помню: у насъ была изба въ три окна; около нея, на задахъ былъ огромный вязъ. Я всегда боялась, какъ онъ шумѣлъ въ вЪтеръ по ночамъ. Потомъ у насъ была лошадь, корова, телка, куры, овцы . . . Шарикъ . былъ. . . Назади — огороды, смородина, малина. Атамъ овинъ, рига, а потомъ поле. Улица у насъ подъ окнами была вся зеленая, потому что мимо насъ рЪдко Ъздили. Видишь, какъ я все это помню? Дедушку помню . . . МнЪ кажется, что я теперь чув­ ствую его старую руку, какъ онъ гладилъ меня по головЪ; борода у него была большая, ротъ беззу­ бый. . . Самъ бЪлый и такой добрый . . . Ахъ, Ва­ ня, Ваня! — Какая ты, Липа, становишься странная, — замѣтилъ я. — Что тебЪ показалось? НЪтъ, голубчикъ, ты, пожалуйста, не думай. Я часто вспоминаю деревню. Япрежде очень любила играть въ народныхъ сце- нахъ. А теперь, впрочемъ, нЪтъ, не люблю. Все Это фальшь декораціи, картонъ, тряпки, роли, по- спектакльныя, суфлеры, режиссеры. . . и потомъ эти зрители. А потомъ грязные номера, ужины въ тРактирахъ . . . поклонники . . . соперницы . . . Ну, ч°кнемся!. . Вотъ такъ ! За что бы только? Ну, ® все равно, за прошлое, за настоящее, за буду- •. Катя, выпей; ты вЪдь какъ блЪдная немочь. Сестры мои! въ нашей судьбѣ Что-то лежитъ роковое! —