b000002174

особымъ отъ пирамиды смысломъ жизни и однии карабкались на нее! Одни они не знали меня, одни они не считали меня за идеалъ, не топорщились достигнуть моего мнимаго величія, одни не прекло­ нялись предъ силой моего знанія . . . А, между тЪмъ, они жили помимо насъ и безъ н а с ъ . . . Малень- кіе люди, кишЪвшіе внизу, были пахари, люди тру­ да, мира и вЪры, что въ этомъ-то и есть смыслъ жизни, вложенный въ нее Богомъ, что жизнь - не эти залы, не пирамида человЪческой борьбы зі самосовершенствованіе, что жизнь — это храп жертвоприношеній — безъ идоловъ, безъ жрецовъ, безъ жертвъ. Я уже не слыхалъ больше, что говорилъ Боль­ шой человЪкъ. Я тихо, крадучись, выскользнул! изъ его дома. VII. Я, Иванъ Петровичъ Кузнецовъ, маленькій че­ ловЪкъ: я — выписавшійся изъ крестьянъ мъща- нинъ, литераторъ, живописецъ, граверъ, — одниій словомъ, свободный художникъ. Живу я въ К арет- номъ ряду, нанимаю двЪ комнаты и кухню; при мнЪ живутъ больная мать (у нея отнялись ноги, такъ какъ полжизни она проработала п р а ч к о й ) 1 младшая сестра, которая учится въ гимназіи. За­ тЪмъ у меня есть еще сестра, Липа, актриса, есть братъ, адвокатъ, есть еще сестра, но гдЪ она - не скажу, потому что самъ не знаю. КромЪ того, у меня много братьевъ и сестръ еше примерло'® пути нашей жизненной карьеры. Вотъ и весь м01 скромный формуляръ. Но не въ немъ собствен!10 дЪло, а въ томъ, что я почему-то вдругъ все такъ ярко припомнилъ, какъ никогда не случало»