b000002174

насъ словно родная стала, сво я . . . ВЪдь, предо мной вся-то ея безконечная драма вотъ кай здЪсь, словно на блюдечкЪ. . . Какъ же мнѣ не знать теперь, какъ это сердце-то кровью исте­ кало! . . Да я и тогда ужъ Догадывался (чего до­ гадывался! съ перваго же взгляда на нее зналъ, въ чемъ тутъ все будетъ дЪло!) . . Ахъ, страданія, страданія!. . — сказалъ неожиданно Иванъ Ивано- вичъ, взволнованный, обычньімъ жестомъ гладя свою лысину. — Возвести въ перлъ красоты страданія души, муки Тантала — это прогрессъ! — закри- чалъ наивный нЪмецъ, стукнувъ краснымъ кула- комъ по столу и обводя всЪхъ слушателей добро­ душно выкатившимися и блестЪвшими въ гнѣвѣ глазами: — Это не прогрессъ . . . это чортъ знаетъ что такое, чортъ знаетъ что! . . Прогрессъ — до- вести людей до созданія страдальческаго типа кра­ соты! . . Онъ помолчалъ и потомъ прибавилъ: — Я, конечно, медикъ, человЪкъ объективный, такъ сказать, науки: вы можете сказать, что меня, можетъ быть, нЪсколько спеціальный взгляда на красоту . . . Это такъ, это такъ ! . . Но вы не имЪете права думать, что у меня у самого нЪтъ сердца, — застучалъ онъ грозно на всЪхъ толстый пальцемъ по краю стола. — Я не лишился способ­ ности стонать, когда мнЪ больно . . . А мнЪ боль­ но! — заключилъ онъ и, съ глазами полными слезъ, шумно всталъ изъ-за стола и вышелъ въ ДРУГУ комнату. Такой неожиданный пассажъ со стороны добр0- душнаго доктора привелъ его гостей въ немалое смущеніе. НЪсколько минутъ въ комнатЪ стоя® тишина, пока не вернулся докторъ. Онъ принеСІ