b000002174

крои у оконъ, но Русановъ могъ видЪть въ окно, какъ посланные за нимъ въ догонку «пиджаки» изъ новаго Приклона энергично атаковали старосту и привели его въ такое недоумЪніе, что онъ половину закроевъ такъ и оставилъ полуоткрытыми. За­ тЪмъ и пиджаки, и староста куда-то скрылись, и только уже когда явившійся урядникъ окончатель­ но удостовЪрить, что всЪ требуемыя новымъ При- клономъ законныя предосторожности были выпол­ нены, Русановъ могъ спокойно осматривать свой старый домъ и, если желаетъ, предаться пріятнымъ воспоминаніямъ о прошломъ. Русановъ, дЪйствительно, медленно переходить изъ комнаты въ комнату. Въ пустомъ домЪ было сыро, темновато и затхло; свободныя парты вверхъ ногами торчали, придвинутыя къ стЪнамъ, ВездЪ было голо и пусто, и только въ прежней гостиной, г$ десять лЪтъ провелъ сидя, поджавъ на кровать ноги, худенькій генералъ-массонъ, сося кусочки са- ХаРУ, — теперь висЪлъ на стЪнЪ большой портретъ, писанный масляными красками. Русановъ остано­ вился и долго, пристально смотрЪлъ на него. Это °ылъ портретъ Артамона Кабанова. Съ большою ЧеРНою, съ просЪдью, бородой, съ выпяченными базами, съ проборомъ по серединЪ лба и медалью На выгнутой груди, онъ сидЪлъ съ такимъ напря- ^ннымъ выраженіемъ на лицЪ, съ какимъ обык­ новенно сидятъ и стригутся люди въ цирюльнЪ. Трудно сказать, какой идеей руководился худож- НИкъ, но несомнЪнно, что онъ представить фигуру, вторая всЪми своими деталями «перла въ про- странство, ни на что не взирая». Русановъ улыб- нулся и подумалъ: «А что жъ? Можетъ быть, оно *акъ и слЪдуетъ . . . Процессъ жизни!»