b000002174

Грохотъ колесъ и шумъ паровой машины, отъ которыхъ замЪтно колебалась почва, говоръ рабо­ чей «смЪны», толпившейся у фабричнаго зданія, крикъ ребятишекъ и бабъ, и чьи-то громкія, уві ренныя приказанія, разносившіяся въ свЪжемъ воз- духЪ, и какое-то невольно-бодрящее, веселое ощу- щеніе отъ этой оживленной муравьиной дЪятель- ности, — все это такъ было не похоже на «доб­ рый», популЪнивый покой прежняго Приклона! Да­ же люди говорили и смотрЪли совсЪмъ не такъ, какъ прежде. ПолулЪнивая, неторопливо разме­ ренная, согбенная походка пахаря замЪнилась спЪшной, бойкой, вызывающей походкой фабрич­ наго. Не видно размЪренныхъ движеній и согбен- ныхъ спинъ, не замЪтно уже и добродушно заиски­ вающей, рабской приниженности на лицахъ: все смотрЪло прямо, открыто, бойко . . . Что это было: ростъ соэнанія личности? Азарт'ъ игрока, пускаю- ща-го въ ходъ послЪднюю копейку? Или это «власть машины», уже наложившая на все «старое» свою злювЪщую печать, — печать той механиче­ ской, тушбезсознательной самоувЪренности и наг­ лости, съ которою гордо несется по рельсамъ без­ душный паровозъ, грозя задавить и задушить все живое, что осмЪлилось бы встать на его^ пути, и такъ же ухарски готовый слетЪть въ пропасть и разбиться вдребезги самъ, чуть сломается подъ нимъ ничтожный винтъ? — Что же, баринъ, найдемъ мы гдЪ пристани- ще-то, али нЪтъ? — наконецъ спросилъ ямщикъ — ПоЪзжай къ барскому дому, — сказалъ ра£' терянный Русановъ. И прежде, чЪмъ лошади успЪли дернуть, РУса' новъ могъ уже замЪтить, какую сенсацію проиЗ'