b000002174

молодыхъ приказчиковъ, сЪденькій старичокъ- священникъ, два гимназиста и нЪсколько неизвЪст- ныхъ лицъ, повидимому, пароходныхъ служащихъ,' которые давно уже, совсЪмъ по-домашнему, сняли съ себя все платье, вплоть до нижняго бЪлья, по­ стлали по боковымъ диванамъ постели, закутались въ одЪяла и спали, совершенно равнодушные къ репримандамъ пароходнаго путешествія. Наконецъ, на середнемъ диванЪ, предъ столомъ съ чайнымъ приборомъ, освЪщеннымъ висящей съ потолка лампой, сидЪли другъ противъ друга два интелли- гентныхъ господина: одинъ постарше, темнорусый, съ просЪдью въ длинныхъ жидкихъ волосахъ и въ такой же жидкой, узкой бородЪ, въ старой пуховой шляпЪ и драповомъ, сильно поношенномъ пальто, съ блЪднымъ, худымъ, вытянутымъ лицомъ и мяг­ кими, задумчивыми глазами;, другой — бЪлокурый, значительно моложе, лЪтъ около 25-ти, съ лицомъ не столь полнымъ, сколько здоровымъ, круглымъ и красивымъ, купеческаго типа, съ бЪлой кудрявой бородкой и карими, умными, но нЪсколько раско­ сыми глазами, въ фуражкЪ нЪмецкаго покроя и гут- таперчевомъ пальто. Было часовъ около десяти вечера, когда съ па- роходомъ снова приключилась «оказія». —■ Святъ! святъ! свя т ь! Опять?! Ахъ ты, Го­ споди, улечься не дадутъ! —- сказалъ одинъ изъ купцовъ, только что начавшій снимать сапоги и укладываться. =—<Какъ же, господа, надЪвать опять, значить, сапоги-то ?— спрашивалъ онъ, обращаясь къ публикЪ и подымая руку съ сапогомъ. — Не безпокойтесь . . . Что вы? Укладывай­ тесь . . . съ Богомъ! Помолитесь покрЪпче и — на боковую. . . ВЪдь, это, чай только-съ больше для