b000002174

такое любящее, веселое! . . Помните, помните ка­ никулы? ВЪдь, вы къ намъ тогда наЪзжали? — Да, д а . . . Помню! — какъ -то радостно и восторженно невольно воскликнулъ и самъ Руса­ новъ, словно и на него пахнуло вдругъ изъ-за десят­ ка лЪтъ этою первоначальною свЪжестью. — Ну, в о т ъ !. . Потомъ я его отдалъ въ гимна- зію ; впрочемъ, я долго воспитывалъ его дом а. . . У меня жили молодые учителя, по рекомендации стар- шихъ сыновей. . . Да-съ, потомъ я отдалъ его въ гимназію . . . Я, признаюсь, побаивался, отпуская его туда одного. . . Но мои опасенія скоро разсѣя- лись: черезъ годъ онъ уже явился такимъ . . . Какъ вамъ сказать? . . Трудно это определить . . . Да вотъ вамъ: когда онъ пріЪзжалъ, прислуга не зна­ ла — быль онъ дома, или нЪтъ. Его комнаты ни­ когда не касалась рука лакея или горничной. Онъ спалъ на жесткомъ войлокЪ, носилъ парусинныя блузы, самъ мелъ свою комнату, безъ стыда и же­ манства, самъ чистилъ свои сапоги и одежду, самъ запрягалъ или сЪдлалъ лошадь . . . Деликатный, мягкій и серьезный со всЪми, онъ, признаюсь, даже тревожить меня своею впечатлительностью, а въ особенности тЪмъ, что очень, очень рЪдко выска­ зывался . . . Все что-то онъ копилъ, копилъ въ сво­ ей душЪ, какъ драгоцЪнный кладь . . . Занимался онъ упорно. Уроки ему давались трудно, въ осо­ бенности язы ки . . . И онъ съ ужаснымъ упорствомъ проходилъ этотъ искусъ, безъ слова жалобы, почти съ равнодушіемъ, какъ что-то неизбЪжное для че­ го-то тамъ . . . впереди . . . Да . . . А что тамъ? остановился старикъ, упорно смотря въ лицо Руса- нова, и замолчалъ. — Ну, все равно . . . Не будемъ пророками . ••