b000002174

Савва, въ свою очередь, при послЪднихъ словахъ Русанова, съ недовЪрчивымъ изумленіѳмъ посмо- трЪлъ мелькомъ на него и затЪмъ, взглянувъ на часы, сказалъ: «А читали вы сегодня г а з е ты ? .. Знаете, папа . . . » И Савва торопливо заговорилъ о политикЪ, какъ будто спЪша перебрать всЪ га- зетныя новости. Для Русанова было очевидно, что какъ Савва ни старался, повидимому, горячо гово­ рить о литературЪ, церкви, школЪ, — все это было для него ч Ъ м ъ - to далекимъ, постороннимъ, лоте- рявшимъ «вкусъ». И въ политикЪ наиболЪе искренно и непосредственно заинтересованнымъ оказался старый Кремлевъ. Онъ опять, махая ру­ ками, пустился развивать свою «органическую тео- рію» съ признаніемъ «права на участіе въ жизни женъ, дочерей, дядьевъ, шабровъ . . . » — Все это старая исторія, — сказалъ Савва. — ВсЪ эти ваши «органическіе элементы» достаточно, кажется, очень даже внушительно испробованы . . . Опытъ . . . — Въ чемъ опытъ, сударь, въ чемъ? — пере- билъ старикъ, поднося свое улыбающееся лицо къ лицу сына. —•Опыты бываютъ разные . . . Можно ДЪйствительно сдЪлать опытъ, а можно просто пальцы только обжечь и принять отъ личной боли (несомнЪнной, несомнЪнной!) свои ощущенія за истинный результатъ опыта. — Впрочемъ, Богъ съ вами, — сказалъ Савва и махнулъ рукой. — Мы ужъ отрЪзанные ломти . . . - Теперь ужъ, молъ, дЪло вамъ, старикамъ, а наше, молъ, дЪло отжитое! . . Х е-х е-хе! . . Ахъ вы, инвалиды, инвалиды! — добродушно смЪялся старикъ и вдругъ, что-то вспомнивъ, вышелъ. — Нда-а! —- протянулъ, вздохнувъ, Савва и