b000002174

Старикъ что-то хотЪлъ еще сказать, все еще сверкая глазами изъ-подъ сЪдыхъ бровей, но оста­ новился. - - Вотъ что, голубчикъ мой, — заговорилъ онъ мягко и съ обычною добродушною улыбкой. — Ты вотъ засмЪялся, когда я сказалъ, что, молъ, земство съ женами и дЪтьми . . . А это вЪрно! . . А ты вотъ стыдишься этого . . . царства-то небеснаг о —- мот- нулъ головой старикъ по направленію къ дЪтямъ. — Когда же я стыдился? — дЪйствительно, по- краснЪвъ отъ такого неожиданнаго оборота рЪчи, сказалъ Савва. — И ты стыдишься, и Глашенька с ты д и т ся ... — И почему это вы такъ думаете, папаша? —■ спросила, входя, Глафира Трифоновна, все еще краснЪя и избЪгая взгляда Русанова, хотя уже со­ вершенно спокойнымъ и увЪреннымъ голосомъ. — Напротивъ, я думаю, для на-съ. . . для меня (поторо­ пилась она поправить) въ нихъ уже все въ жизни,—* прибавила она, медленно переводя свои большіе ка - pie глаза съ одного ребенка на другого съ тою грустною задумчивостью, которая всегда является У матерей, когда касаются будущности ихъ дЪтей. — Да, напротивъ, для насъ уже тутъ все, что осталось, въ чемъ еще понимаешь и находишь к а ­ кой-нибудь смыслъ, —• быстро проговорилъ Савва съ глубокимъ вздохомъ, котораго онъ не умЪлъ сдержать. Онъ поднялся и, также избЪгая встр-Ъ-, титься взглядомъ съ Русановымъ, сталъ смотрЪть вЪ окно. — А-а! — тихо и лукаво засмЪялся старикъ, подмигивая Русанову на сына и невЪстку. —< А за- чѣмъ вздыхать, если такъ? . . ЗачЪмъ? ЗачЪмъ го­ ворить: «Мы ужъ перешли Рубиконъ! Мы ужь от-