b000002174

каникулярный періодъ, когда всЪ его разнообраз- ныя чада стекались подъ семейный кровъ, «къ оча­ гу», всЪ «сливались въ одну душу», «одной душой жили». «А это великое дЪло-съ! . . Каждый бод- рѣе себя чувствуетъ въ жизни! . . Великое дЪло, какъ вы ни говорите!» — - обыкновенно увЪрялъ Уваръ Капитонычъ, горячо протестуя противъ «на- смѣшниковъ». — Это глупцы только видятъ въ большой семьЪ отягощеніе, что будто она обезси- ливаетъ . . . Вздоръ-съ! Она именно каждому чле­ ну силу придаетъ, энергію, бодрость . . . Чувству- етъ, что не одинъ онъ, всегда у него уголъ е с т ь . . . Это ужъ наше, народное, и никто этого у насъ не отниметъ... Посмотрите-ка на мужиковъ: вЪдь, это ихъ идеалъ-съ!» и т. д. Въ такомъ родЪ очень горячо любилъ разсуждать Уваръ Капитонычъ. Нѣтъ сомнЪнія, что изъ такого чадолюбія происте­ кало и пристрастіе Кремлева ко всякой молодежи. Достаточно было назваться товарищемъ кого-либо изъ его сыновей, чтобы, безъ дальнЪйшихъ церемо­ ний, стать самымъ близкимъ человЪкомъ Увара Ка- питоныча. Въ такомъ именно родЪ познакомился съ нимъ и Русановъ, учившійся вмЪстЪ съ однимъ изъ его среднихъ сыновей. Мало этого, свое при- страстіе къ молодежи и право быть среди нея Уваръ Капитонычъ умЪлъ и имЪлъ основаніе поддержи- вать и укрЪплять кое-чЪмъ. НерЪдко онъ, въ ми­ нуту откровенности, говорилъ на ухо кому-нибудь «постарше»: «Э, батюшка, мы сами были моло- Ды•••» И молодежь любила Увара Капитоныча. И вотъ этотъ самый Уваръ Капитонычъ Крем- левъ теперь оживленно топтался предъ Русановымъ На своихъ коротенькихъ, выгнутыхъ дугой ногахъ, р аскланиваясь всЪмъ туловищемъ, захлебываясь,