b000002173

надо?—Мнлоотыиьку, говорвт, Христа ради!— Гдяжу, а дод всё смотрат в окно, ровно оторваться нѳ жоагѳт. Слышу, опять нищий говорит: иодапте, розорит, иравославцые; изголодал.—Да. ты, еираг- шивает дед, откуда, старячок, будешь?—Йздалече, болѳзныи, вздалече: исходил нолцарства, а скоро ли Господь домой угѳдит—тогоине ведаю.—То-то, приметко, не из здешних. Ну-ка, Феня, говорит мне дѳд-ушка, отрежь старичку ломтик.—Дедушка, шепчу ему, знаешь иодн, последний ведь у нас корозашѳк.— Ничего, говорит, дѳвка, не жалей. Старичок-то больно дряхлый, а нздалѳче... Этому старичку не жалеи. Прими, говорит, дедушва, Хриета радй!-—А саи высунулся в окно и всё ѳму волед смотрит. „— Дя ты, говорю, дедуіпка, ззбу наетудишь: чеш всѲ см6тришь?~3акрыл дедушка окно, а сам головой всё мотает. „— Ты, говорит, девка, помалкивай... Этот, го» ворит, с-тарйчоя-то нѳскроста... Пойду-ка, говорит, я ещѳ за ним догляжу.—Одел кожух и пошел за ворота. А я всѳ дукаю: что это дед в нищем ста- рике заприметил?—Вернулся дед. — Ну, верно... Иѳспроста этот старичок,— говорит. „— А что, дздушка? »•— Годи, девка,—того гляди к весне болыпое дело окажется... „— А какое дело-то? Дело-то?.. Апочем знать? Может, такое дело иоідет, что и на вас, девок, землю назначут. Всех пѳравняют... Вот какое дело может в миру етаться... Ты только, девка, помалкивай, говорнт дед, а сам всё по избе ходлт да головой поматываѳт. „— Да к&вой тайой он старачок-то? —• спра- шиваю.