b000002172

— Да съ чего жъ мнЪ тагды бЪжать-то, сударь, коли вольная буду? — выпалила Акулина и даже осмЪлилась улыбнуться всЪмъ гостямъ. — Ишь, хитрая!.. Крива, крива, а въ оба глаза видитъ!— смЪялся важный гость. А дЪдушку все трясла лихорадка. Вотъ онъ зачЪмъ-то вышелъ. Потомъ опять появился въ дверяхъ въ то время, какъ подали «донскую шипучку» и всЪ снова стали поздра­ влять батюшку, жали ему руки, обнимались другъ съ дру- гомъ и съ чЪмъ-то тоже поздравлялись. Вдругъ важный гость расчувствовался до того, что обнялъ батюшку и трое­ кратно облобызалъ его. УвидЪвъ это, рыжій поповъ сынъ тоже обнялъ батюшку и потомъ бросился обнимать и цЪло- вать дЪдушку. ДЪдушка затрепетали весь, какъ осиновый листъ, и его охватилъ невыразимый страхъ. Но чрезъ ми­ нуту онъ вдругъ выпрямился, его влажные глазки засвер­ кали, онъ сдЪлалъ два шага къ батюшкЪ и громкимъ, слегка дрожащимъ голосомъ, какимъ онъ читалъ въ церкви ектеніи, поднявъ правую руку, вдругъ сказалъ: — Александръ!.. Бога помни... Помни... Бо-ога-а! ВсЪ сразу смолкли и стали смотрЪть въ изумленіи на дЪдушку. Батюшка былъ смущенъ и не зналъ, что сказать. ДЪдушка смотрЪлъ все на него, дрожалъ и силился что-то сказать, но его губы только беззвучно шевелились. И вдругъ онъ заплакалъ, опустивъ голову. —- Саша,—заговорилъ онъ,—мы бЪдные... простые... У насъ въ роду этого... не было... сребренниковъ... али мздо­ имства... Помни Іуду... Вспомни, Саша, въ избЪ родился... Ахъ, долго ли до грЪха! Соблазнъ-то какой, соблазнъ-то!.. Почести барскія, яства, приношенія... Закупятъ, закупить! — Да, что вы, тятенька, что съ вами?.. Какой вы чу- дакъ,—заговорилъ батюшка.—Вотъ какъ вы засидЪлись въ деревнЪ-то, вамъ все въ страхъ да въ новинку... Неужели, думаете вы, мы не знаемъ себя? Батюшка весело засмЪялся, засмЪялись за нимъ и гости, какъ вдругъ изъ-за двери показалась Фимушка и, помахи­ вая впередъ себя подожкомъ, заговорила: — Дьяконь, ты гдЪ?.. Слышно, говоришь?.. Учи сына- то, учи... Ты—отецъ; на тебЪ спросится тамъ... А ты, Ле-