b000002172

давали ея лицу необычайно сильный и энергичный харак­ тера Но нисколько оно не было сурово, а вмЪстЪ съ ея маленькими сухими губами какъ будто сдержанно и лю­ бовно смЪялось. Ходила она всегда скоро, увЪренно, по­ стоянно помахивая подогомъ впередъ себя, какъ будто за­ гребала воздухъ и плыла. Это маленькое, ничтожное, но дивное существо всегда жило въ моемъ воспоминаніи вмЪстЪ съ дЪдомъ. Откуда взялась она, откуда и какъ явилась на этой грЪшной и суровой землЪ, въ то грЪшное и суровое время, это была для меня такая же необъяснимая, но чувствуемая всЪмъ существомъ тайна природы, какою была и эта — вся такая бЪлая, разубранная, какъ невЪста, вся душистая, нЪжная и веселая яблоня, подъ которой мы сидЪли. Одно, впрочемъ, я зналъ тогда изъ этой тайны, да и то потому, что намъ открыла ее сама Фимушка, когда мы спросили ее, какъ она ходить и бЪгаетъ—не упадетъ и не спотыкнется, какъ она всякую ямку и жердочку знаетъ лучше насъ? — А передо мной облачко ходить, — объяснила она.—■ Какъ встану, пойду, а облачко предо мной... Я и хожу-то не сама, а облачко меня водить, бЪлое да свЪтлое... Куда оно поведетъ, туда и я... И ни предъ чЪмъ у меня съ нимъ страху нЪтъ!.. И не только мы, малые ребята, не только легковърныя бабы, но и бородатые мужики, и самъ дЪдушка, даже сами «баринъ съ барыней» какъ-то боязливо и безспорно вЪрили, что предъ Фимушкой ходить «бЪлое облако» и водить ее за собой, и указываешь ей путь, и если къ кому Фимушка придетъ, то это значить, не сама она пришла, а облако ее привело. Да и сама Фимушка не только безусловно вЪрила въ это облачко, но она, можетъ-быть, дЪйствительно по­ стоянно видЪла его предъ собой. Если бы я въ то время зналъ и видЪлъ больше, чЪмъ могъ знать и видЪть, я понялъ бы, откуда и какъ явилась эта легенда о «бЪломъ облачкЪ» и какое большое значеніе имЪла она не только въ жизни такого маленькаго и ничтож- наго существа, какъ Фимушка, но и въ жизни другихъ такихъ же ничтожныхъ существованій. Но понялъ я это только уже впослЪдствіи и, къ стыду моему, довольно