b000002172

отечески доволенъ моими успЪхами на выпускныхъ экза- менахъ, превзошедшими, повидимому, его ожиданія. Выпускное сочиненіе, помимо того, принесло мнЪ другое большое удовольствие. Какъ-то вскорЪ отецъ сообщилъ мнЪ, что онъ заходилъ къ старому предводителю—«масону», ко­ торый, какъ я упоминалъ раньше, потерпЪлъ крушеніе еще раньше отца отъ крЪпостниковъ, наканунЪ освободитель- наго манифеста, и который сохранилъ прежнія благожела- тельныя отношенія къ нашей семьЪ. Зашелъ разговоръ обо мнЪ, о моихъ успЪхахъ, и старикъ поягелалъ меня видЪть и послушать мои сочинительскія упражненія. Я въ этотъ же вечеръ отправился къ нему съ отцомъ. МнЪ было пріятно увидать старика, который такъ мнЪ понравился, когда, осматривая съ депутатами только что открытую нашу би- бліотеку, онъ съ большимъ чувствомъ благодариль моего отца, что онъ въ его предводительство осуществилъ такую прекрасную мысль. Теперь онъ жилъ одинокимъ, старымъ холостякомъ, не сходя съ дивана, почти обЪднЪвшій и ли­ шенный всякаго вліянія, подъ строгой опекой своего ста­ раго дворецкаго и его семьи, которая обирала его елико возможно. Принялъ онъ насъ радушно и просилъ про­ честь ему мое сочиненіе. Выслушавъ его внимательно, все время держа ладонью ухо по направленно ко мнЪ, старикъ сказалъ: — Очень, очень хорошо... Главное—вполнЪ литературно... Да!.. Понимаешь?.. А?.. Что?.. Главное—вполнЪ литера­ турно... Ты этимъ дорожи...- Это не всякому дается... Да, хорошо... Только вотъ чего я не возьму въ толкъ: все ты говоришь про крестьянъ—«народъ, народъ»... А мы что та­ кое? Почему мы не народъ?.. А? Что?.. Почему же мы не народъ? — Потому... потому,—забормоталъ я, смущенный совер­ шенно неожиданнымъ вопросомъ,— потому что... кръпост- ники не могутъ быть «народомъ»... и вообще всЪ, кто угне- таетъ трудящійся народъ,—съ юношескимъ увлеченіемь закончилъ я, вспомнивъ о либерализмЪ стараго масона. — Ну, хорошо... Положимъ, такъ было... А теперь... РазвЪ теперь есть крЪпостники? РазвЪ мы все еще кръпо стники?