b000002172

въ «Донъ-КарлосЪ»?.. Да?.. А читалъ ты «Тайны инквизи- ціи»? Вотъ это все... вотъ также...» Это мое, еще неиспытанное раньше настроеніе достигло высшей степени напряженія, когда О—въ закончилъ свои импровизаціи такимъ образомъ: —•Погодите, постойте!.. Вотъ! — сказалъ онъ, роясь въ своихъ карманахъ и вытаскивая оттуда цЪлую безпорядоч- ную кипу мелко исписанныхъ листковъ различнаго формата и цвЪта — отъ клочковъ почтовой до оберточной бумаги.— Вотъ сейчасъ,—говорилъ онъ, стараясь привести въ какой- нибудь порядокъ этотъ сумбурный сборъ. Оппоненты весело и ехидно подсмЪивались надъ «піитой» О—вымъ, хорошо извЪстнымъ всЪмъ по своей безграничной безпорядочности. — Эхъ, ты, піита ! ВсЪ свои фантазіи перепуталъ, концы съ концами никогда не соберешь, а тоже доказывать взду- малъ!—острили надъ нимъ. •— НЪтъ, это не мои фантазіи... Это... это—голосъ вели- каго разума человЪческаго... отраженіе его истинной боже­ ственной сущности!.. Вотъ слушайте, имЪющіе уши олухи!—* сказалъ О—въ и по подобраннымъ кое-какъ лоскуткамъ сталъ читать переводъ знаменитой поэмы Гейне: «Горная идиллія». ВначалЪ онъ, путаясь въ лоскуткахъ, читалъ вяло и невразумительно, и намъ, незнакомымъ съ оргиналомъ, все казалось непонятнымъ и сумбурнымъ и не производило никакого впечатлЪнія. МнЪ дая«е какъ-то обидно стало за О—ва, жаль его; мнЪ казалось, что онъ такимъ обра­ зомъ испортилъ все впечатлЪніе отъ своей преяшей рЪчи. Но когда онъ дошелъ до половины, онъ вдругъ бро- сплъ лоскутки, вскочилъ и внятно, съ поэтическимъ вооду- шевленіемъ прочелъ весь конецъ поэмы наизусть и даже съ какимъ-то торжественнымъ паѳосомъ закончилъ, ука­ зывая на свою грудь: Вотъ смотри, малютка мой: Р ыцарь Духа предъ тобой! — О, о! какой рыцарь проявился! — засмЪялись орто­ доксы.—Только, братъ, все это піитика, а не фундаменталь­ ныя доказательства.