b000002172

всемъ этомъ... то-есть, я хочу сказать—при всЪхъ такихъ благопріятныхъ условіяхъ... и такъ засидЪлись въ гимна­ зия... Странно, странно... МнЪ говорили ваши старые учи­ теля, что вы все прежнее время учились очень слабо... да... Даже рукой на васъ махнули... Удивительно странно... Осо­ бенно, говорятъ, вы слабы по языкамъ... Отчего вашъ отецъ не нашелъ возможнымъ нанять вамъ гувернера?.. — Гувернера? — спросилъ я такимъ изумленно-недоумЪ- вающимъ голосомъ, что Чу—евъ, взглянувъ на меня, со­ всЪмъ уже смутился и, ходя по комнатЪ, заговорилъ скоро­ говоркой: — Видите, все это для меня очень странно... Я все слышу, что будто бы вашъ отецъ нажилъ на службЪ большія день­ ги ...: Что у него въ ломбардЪ лежитъ больше пятидесяти тысячъ... И вдругъ Чу—евъ, взглянувъ опять на меня, остановился въ изумленіи. Я уставился на него широко открытыми гла­ зами, чувствуя, какъ вся кровь отлила у меня отъ лица, свело губы и всего меня передернуло судорогой, какъ отъ электрическаго тока. —■Дорогой мой, что съ вами?.. Простите меня, прости­ те, что я такъ грубо коснулся этихъ интимныхъ подробно­ стей! — заговорилъ онъ съ искренней лаской и горькимъ сожалЪніемъ, сжимая мои руки.—Я думалъ, что въ этомъ нЪтъ никакого секрета... А между тЪмъ меня уже давно относительно васъ поражаютъ прямо необъяснимыя стран­ ности... ВЪрите вы мнЪ, что я интересовался этимъ изъ искренней къ вамъ симпатіи, какъ къ юношЪ, который давно- уже поражалъ меня странными, непримиримыми противо- рЪчіями въ своемъ развитіи? ВЪрите моимъ словамъ?—про- должалъ онъ спрашивать меня, сжимая мои руки и, по- видимому, совсЪмъ ошеломленный, что я все еще не могу прійти въ себя. — Да... я не зналъ, что вездЪ такъ говорятъ... Вы мнЪ открыли ужасную... ужасную... клевету и ложь, — прогово­ рить я, путаясь и едва слышно.—Я раньше только смутно догадывался обо всемъ этомъ, объ этой клеветЪ... МнЪ было непонятно, почему былъ такъ убитъ мой отецъ, когда его такъ жестоко и несправедливо начали преслЪдовать...