b000002172

дома. Иногда онъ бралъ меня съ собой въ тЪ семейные дома, гдЪ были мои сверстники, но чаще я оставался дома одинъ, въ сообществЪ прислуги, которая, пользуясь отсут- ствіемъ дяди, устраивала у себя на кухнЪ настоящіе жур­ фиксы съ гимназическими сторожами. Начало сбываться то, что предсказывала моя матушка и передъ чЪмъ дЪй­ ствительно спасовалъ дядя: онъ былъ слишкомъ молодъ, слишкомъ самъ еще хотЪлъ жить всЪми «впечатлЪніями бытія», чтобы создать для меня подходящую обстановку, пожертвовавъ для моего воспитанія всЪмъ своимъ молодымъ досугомъ. СдЪлать это онъ, конечно, былъ не въ силахъ. Занявшись со мною часъ - полтора, онъ забрасывалъ меня «самыми интересными», по его мнЪнію, книгами и затЪмъ оставлялъ одного, вполнЪ увЪренный, повидимому, что для меня было вполнЪ достаточно того уже благотворнаго влія- нія, которое, по его мнЪнію, должна была имЪть на меня общая атмосфера «новой» гимназіи. Но онъ ошибался. Меня, привыкшаго къ уюту семейной жизни и свободному раздолью ребячьей улицы, раздражала обстановка номерной жизни; я съ каждымъ днемъ становился нервнЪе и недовольнЪе, во мнЪ все сильнЪе росло чувство неудовлетворенности, которое было тЪмъ тяжелЪе, что оно было неопредЪленно и неуло­ вимо. Я уже былъ наканунЪ того критическаго переходнаго отъ отрочества къ юношеству періода жизни, когда молодая натура бываетъ полна неясными, полусознанными, туман­ ными и тЪмъ не менЪе необыкновенно властными поры- ваніями и стремленіями, требующими того или иного исхода. Въ одиночествЪ такой исходъ бываетъ особенно роковымъ. Я былъ положительно окутанъ туманомъ неопредЪленныхъ стремленій и искалъ и не видЪлъ для нихъ исхода. Меня то охватывали религіозно - идеалистическія экзальтаціи: я рЪшалъ «отречься отъ всего», уйти въ келыо, въ монастырь, и здЪсь посвятить себя «подвигу», или взять на себя какой- то «крестъ» и пуститься странствовать по святымъ мЪстамъ, по далекимъ стогнамъ и весямъ; то вдругъ вспыхивала во мнЪ неудержимая страсть къ «грЪховной» жизни, и я, весь пылая внутренно отъ стыда, припадалъ ухомъ къ перего- родкЪ, жадно вслушиваясь въ хихикающій шопотъ кухарки съ ея кумомъ; то, наконецъ, подавленный всЪмъ ужасомъ