b000002172

Передо мною вдругъ теперь раскрылись радужныя пер­ спективы и надежды, и я окрылЪлъ: я могъ уже жить не одной нашей гимназіей и улицей съ городками, но и меч­ той о «новой» жизни въ «новой» гимназіи. IV. Новая гинназiя и„совсѣмъ новые“ педагога.—Ихъ „нѣчто“, подрывавшее корни старой системы.—Самокритика. — Литературные вечера и новыя таинственныя писательскія легенды. — Одиночество номерной жизни и жгучія томленія духа и плоти.—Обратно на родину. Дядя Александръ скоро уЪхалъ. Въ гимназіи формально начались уроки, но шли вяло. Ученики съЪзжались плохо. Я ходилъ и не ходилъ въ гимназію, поглощенный своей мечтой. Духовная связь съ гимназіей, слабая и раньше, порвалась теперь даже формально. МЪсяцъ прошелъ быстро. Стали съЪзжаться семинаристы и студенты, направляясь въ столицы. Пользуясь временнымъ пребываніемъ у насъ дяди СергЪя и его товарищей, отецъ усиленно занялся съ ними библіотечнымъ вопросомъ: чуть не ночами сидЪли они за составленіемъ каталоговъ для будущей библіотеки и обсу- жденіемъ другихъ частностей. До меня опять никому не было дЪла, и я ходилъ какъ потерянный, съ какимъ-то лихорадочнымъ нетерпЪніемъ ожидая письма дяди Але­ ксандра. Наконецъ уЪхали и студенты и пришло давно ждан­ ное письмо. Подробно содержанія его я не знаю, такъ какъ отецъ читалъ его матушкЪ наединЪ въ кабинетЪ, а я съ замираніемъ сердца слушалъ за дверью, какъ матушка часто всхлипывала, что-то возраягала и какъ долго убЪждалъ ее въ чемъ-то отецъ. Наконецъ матушка вышла, утирая слезы и по обыкновенію крестясь. — Ну, что жъ,—сказала она, проходя мимо меня и по- гладивъ ласково по головЪ,— пО'Ьзжай... Можетъ, и лучше для тебя будетъ... Только единственно для братца Але­ ксандра рЪшаюсь... Для кого другого ни въ жизнь не отпу­ стила бы... Черезъ недЪлю я уже сидЪлъ опять въ огромномъ та- рантасЪ, между моей дородной бабушкой и какимъ-то тол-