b000002172

когда она жила въ деревнЪ, она славилась какъ «начетчица» и «подвижница», ее приводили въ примЪръ, какъ необыкно­ венно суроваго стоика, что она могла проводить на молитвЪ цЪлые дни и ночи, питаясь исключительно просфорой въ день. Однимъ словомъ, о ней ходила легенда. Насколько я помню, я былъ всегда проникнуть необыкновеннымъ къ ней уваженіемъ, соединеннымъ какъ бы съ нЪкоторымъ религіознымъ страхомъ. Все это, однако, рисуется мнЪ въ очень смутныхъ и не- опредЪленныхъ очертаніяхъ. Еще задолго до поступленія моего въ гимназію мнЪ вспоминается она сидящей въ боль- шихъ очкахъ и что-то внятно, слово за словомъ, читающей мнЪ и матушкЪ по какой-то, несомнЪнно, «божественной» книгЪ, а затЪмъ она какъ-то исчезаетъ изъ моего воспоми- нанія; повидимому, она вскорЪ умерла и не въ нашемъ домЪ. По крайней мЪрЪ, похоронъ ея я не помню. Помню, что другимъ наиболЪе близкимъ моей душЪ существомъ въ то время былъ мой добродушный дЪдъ, низенькій, худенькій старичокъ, служивши! дьякономъ въ церкви при одномъ историческомъ зданіи. Можетъ-быть, потому, что я у него былъ первый «внучекъ», онъ ходилъ очень часто забавляться со мною въ нашъ маленькій до- микъ на окраиНЪ города, игравшій въ моей дальнЪйшей судьбЪ такую видную роль. СлЪдующимъ затЪмъ наиболЪе яркимъ фактомъ, остав­ шимся въ моемъ сознаніи, было иоявленіе въ нашемъ домЪ семинаристовъ. Первымъ нахлЪбникомъ, принятымъ къ намъ, былъ дядя СергЪй (по матери), котораго я въ то время представляю себЪ не иначе, какъ въ видЪ необыкно­ венно длинной, сутуловатой фигуры съ смуглымъ лицомъ и темными волосами, мало разговорчивой, нЪсколько даже суровой, ходившей еще въ длинномъ синемъ халатЪ на ма- неръ подрясника (въ такой «формЪ» семинаристы ходили еще въ то время и въ классы). Все его значеніе для меня въ первое время ограничивалось пока, съ одной стороны, клееніемъ для меня, да столь же, пожалуй, и для себя, разнообразныхъ змЪевъ, иногда необыкновенно болынихъ, запускавшихся даже съ горящими фонарями, и играньемт. въ городки и бабки (все это производилъ онъ съ необыкно