b000002171

38 Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. жалобу въ полицію, обвиняя «золотую роту» въ «денномъ грабежѣ», но и она оставашась «безъ по- слѣдствій», ибо члены роты крѣпко стояли на томъ, что они берутъ «толъко на закуску», и провин- ціальные судьи, руководствуясь обычнымъ патріар- хальнымъ правомъ, не могли усмотрѣть въ этомъ дѣяніи тяжелаго преступленія. Дѣло, наконецъ, дошло до того, что мой сосѣдъ, видя, что Сугубаго ничто не беретъ: ни псы, ни жа- лобы въ полицію, проникся къ нему необычайнымъ страхомъ, съ примѣсью даже нѣкотораго уваженія, несмотря на то, что поетоянно выражался о немъ очень крѣпко. Помню, одинъ р а зъ я былъ свидѣ- телемъ такой сцены. Сидѣли мы съ сосѣдомъ на лавочкѣ у воротъ. «Золотая рота» только что пе- редъ этимъ прошла съ пристани мимо хозяйскаго огорода, не преминувъ и на это тъ разъ наполнить свои пазухи огурцами. — Грабипгели, одно слово, — ругался сосѣдъ, — мошенники! . . Кнутъ на нихъ, али колья надо . . . Мнѣ, вѣдь, огурца не жалко, я огурецъ дамъ, и два дамъ, и три дамъ, — да жри тьі его благороднѣе, степенно, спросясь у х о зя и н а . . . А то, помилуйте, вниманія никакого не берутъ, что хозяинъ, можетъ, въ окно см о три тъ !. . Онъ долго еще продолжалъ волноваться на эту тему, к ак ъ къ намъ подошла какая-то старушка ни- щая и, сначала покрестившись, съ низкимъ покло- номъ, подала хозяину лоскутокъ бумаги. — Отъ кого будешь? — спросилъ сосѣдъ, на- дѣвая очки. — А сама я, батюшка, не вѣдаю. Не здѣшняя я. Попросила было я у одного молодца милостин- ку на дорогѣ, а онъ и говоритъ: .иодожди. Сѣлъ