b000002171

41 6 Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. нымъ, веселымъ, полнымъ беззавѣтной надежды и вѣры свѣтомъ. Ея голосъ звучалъ, какъ мелодія, несшаяся изъ того таинственнаго, чуднаго «буду- щаго», куда уносила насъ роковая сила. И вотъ около нея все больше и больше растетъ, расширяется тѣсно сомкнутый кругъ слушателей: казалось, волшебной силой она единила вкругъ се- бя всѣ эти простыя, наивныя души тружениковъ, и здѣсь исчезало вблизи ея все-, что только з а минуту . передъ тѣмъ могло разъединить ихъ: не было здѣсь ни эллина, ни іудея, ни раба, ни свободнаго . . . Вотъ я вижу — здѣсь уже стоитъ вблизи ея и чутко внимаетъ ея словамъ и бѣдная вдова съ юно- шами и дочерью; и, вперивъ въ нее жадные взгляды, к акъ нектаръ, пьетъ каждое ея слово чудная «ди- ва» иекусства; и сжавъ губы, боясь, чтобы не вы- рвалось и зъ груди безумное слово восторга, пожи- рая ее воспаленнымъ взоромъ, стоитъ въ о.тдаленіи полубезумный юноша-импровизаторъ; и, .почти- тельно склонивъ свою многодумную сѣдую голову, молча внимаетъ ея рѣчамъ старикъ-математикъ. Непонятное, неудержимое в.олненіе охватываетъ меня съ каждою секундой: я чувствую въ ней что- то близкое, кровное — мое, дорогое . . . — Кто? кто она? — спрашиваю я, не въ си- лахъ удержать свое волненіе. — О, скажите м н ѣ !.. — Это — ліобовь, — отвѣчала мнѣ бѣдная крестьянка, закачивая ребенка. — Это — свобода! — сказалъ восторженный юноша. — Это — мысль! — проговорилъ сѣдой ста- рикъ въ черной шляпѣ. И въ это мгновеніе она взглянула на меня. — Дочь м о я !. . Это ты, т ы ! . . — вокрикнулъ