b000002171

Сонъ. 3 9 3 кой: — Спрашиваю однова: чего молъ, пишешь? «Такъ, говоритъ, объ жисти . . . Здѣсь оно, гово- ритъ, въ палатѣ-то поспособнѣе . . . А то, на волѣ- то, по рабочему дѣлу, несподручно . . . » А то разъ, гляжу — плачетъ, горюетъ . . . Знамо, не сладко въ одиночку-то . . . Не то мастерокъ какой, не то по письменной ч а с т и . . . И Боже мой, сколько здѣсь этого званія народу! И расчувствовавшійся Силантій поправилъ мнѣ заботливо руки и подушку подъ головой. — Хошь бы умирать-то к ъ себѣ въ деревню уѣхалъ. Тоже, поди, сваты какіе есть . . . Все бы оно тамъ будто пригляднѣе умирать-то было, — замѣчаетъ и Памфилъ. — Вѣрно, вѣ рн о !. . — подтверждаетъ Силан- тій. — У насъ въ деревнѣ все же оно пригляднѣе . . . Глядишь, вся деревня сбѣжится, ребятишки, все честь-честью . . . Бабы повоютъ . . . 0 , Господи, Господи! Вотъ тоже и насъ, поди, такъ -то : и здѣсь- то тебя никто не проводитъ въ могилу тихую, да и на томъ свѣтѣ встрѣтить некому . . . Вотъ оно, на- ше сиротство-то! .. — Казённо здѣсь, — замѣчаетъ батюшка, ухо- дя и крестясь широкимъ размахомъ. — Вотъ самое это слово, б атю ш к а . . . Т акъ точно-съ! — улыбается предупредительно Силан- тій. — По-казенному-съ! И я не столько вижу сквозь полузакрытыя вѣки, сколько чувствую, к акъ по лицу Силантія сколь- зи тъ как ая-то странная тѣнь не то сердитой скор- би, не то робкаго раздраженія, а по лѣвой щекѣ пробѣгаетъ судорога. — Эхъ ты, казанская сирота! — громко и рѣ з- ко говоритъ онъ, сдергивая полусердито съ меня