b000002171

374 •Изъ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. ки. Одинъ только Сидорычъ привѣтливо закивалъ головой, ітредлагая мнѣ присѣсть. Я отказался, объяснивъ, зачѣмъ я пришелъ, и спросилъ Абрам- чука: — Что жъ, Абрамчукъ, или несчастливо съѣз- дилъ? Захворалъ, должно быть? На мой вопросъ Абрамчукъ опять отвѣтилъ той же молчаливой ласкающей улыбкой. — Ничего-съ! . . Все Богъ, ваше благородіе! — заговорилъ Сидорычъ, торопливо собирая мои ве- щи. — Какъ, значитъ, Богъ, т а къ и мы . . . К акъ ужъ Онъ одумаетъ . . . Это, вѣдь, ваше благородіе, только законовъ много, а Богъ-то, Господь мило- сердый, всѣмъ одинъ! .. Онъ ужъ одумаетъ, — говорилъ старикъ на ходу, и мнѣ казалось даже, что онъ старался внушить свою излюбленную мысль не столько мнѣ, сколько Абрамчуку и Катенѣ. — Вотъ все, кажись, — прибавилъ онъ, передавая мнѣ вещи. — Ну, прощайте пока. Дай вамъ Богъ всего хорошаго! Увидимся еще опять, — сказалъ я. — Отчего не увидаться! — говорилъ, провожая меня за дверь, Сидорычъ. — Одумаетъ Господь уви- даться, — увидимся . . . Это, вѣдь, сударь, у людей законовъ много, а у Господа милосердаго одинъ за - конъ, истинный для всѣхъ! Вѣрно ли я говорю, ваше благородіе? — заключилъ Сидорычъ, очевид- но, еще разъ желая получить подтвержденіе своей любимой мысли. Я поддержалъ его своимъ согласіемъ, и мы рас- прощались — увы! — навсегда. Вернувшись нерезъ три недѣли, мы застали на будкѣ уже совсѣмъ новыхъ хозяевъ и владѣльцевъ желѣзнодорожнаго «удѣла» 305-й версты. Насъ