b000002171

С и ро т ы 305-й в е р с т ы . 3 6 5 комъ пришла . . . Обезсилѣла совсѣмъ». Взялъ фонарь, вышелъ на крыльцо. Стоитъ женщина, ну, вотъ все равно цыганка: волосы растрепаны, глаза черные т а къ и сверкаютъ при фонарѣ-то, на пле- чахъ шаль, а въ шали ребенокъ завернутъ. «Ну, говорю, ступай, обогрѣйся . . . » Пустилъ ее . . . Сѣла у печки, распутала ребенка и на лавку поса- д и л а . . . Онъ тоже ровно цыганенокъ: голова чер- ная, кудрявая, обличье смуглое, глазенки ровно черные тараканы бѣгаютъ. Годковъ трехъ-четы- рехъ, гляди б у д е т ъ . . . «Что жъ, говорю, куда идешь? Какъ тебя, говорю, занесло въ эт ако е мѣ- сто въ такую пору?» — «По линіи, говоритъ, иду, на станцію. На родину, слышь, ѣду . . . Издалече я . . . » И опять молчитъ, на ребенка смотритъ. «Мужъ-то померши, что ли?» спрашиваяю. «Мужъ- то? спрашиваетъ. Да, да, померъ», говоритъ. По- томъ вскочила съ лавки-то, шепчетъ что-то надъ ребенкомъ . . . На меня эт а къ посмотритъ, прон- зительно . . . Чего, думаю, ей во мнѣ? А потомъ и говоритъ: «Ты, говоритъ, дяденька, погляди дѣ- вушку-то, к акъ бы. не у п а л а . . . Я. только за ма- лымъ дѣломъ выйду. . . » И выш ла. . . Да такъ вотъ по сію пору ходитъ невѣдомо г д ѣ . . . А дѣв- чонка сидитъ и хоть бы ты что! Хлѣбца ей далъ, ѣ стъ да глазенками на меня сверкаетъ. «Что жъ, говорю, мать-то долго нейдетъ?» Молчитъ. По- шелъ на крыльцо, — никого не слыхать. Окрик- нулъ, — ни тебѣ словечка. Давай громче кри- чать, — только вѣтеръ реветъ. Я ту тъ т а къ и руками по поламъ ударилъ» .. Ахъ ты, думаю, оглашенная! А! Какъ старика обош л а!. . Цы- ганка, т а къ цыганка и есть: блудливое о тродье . . . Что жъ мнѣ теперь дѣлать? Подкинула вѣдь ре-