b000002171

3 6 2 И зЪ БЫЛЫХЪ ПЕРЕЖИВАНІЙ. двери котенка, бросила его на плечо Абрамчука и со звонкимъ смѣхомъ захлопнула за собой дверь. Но это обстоятельство, кажется, нисколько не сму- тило ни Абрамчука, ни котенка; послѣдній поста- рался даже тотчасъ же возможно покойнѣе усѣсть- ся на плечѣ Абрамчука. — Катена, должно быть, на васъ сердита? —- спросилъ я, подходя къ будкѣ. — Да, она теперь часто сердита на м е н я . . . — отвѣчалъ онъ съ искренне-грустной улыбкой. — Она теперь такая . . . очень сурьезная дѣвушка . . . Она и на старика тоже бываетъ сердита . . . Она часто мнѣ это говоритъ: «Если ты будешь только играть музыку и плакать, то тебя, Абрамъ, будутъ всѣ гнать, и бить, и смѣяться надъ тобой . . . И жена тебя будетъ б и т ь !. . » И Абрамчукъ печально пожалъ плечами, к акъ будто для него не оставалось сомнѣнія, что его бу- детъ бить даже жена. — Вы ее, кажется, побаиваетесь? — шутливо спросилъ я. — Да . . . и старичокъ боится . . . Она стала такая . . . очень сурьезная дѣвушка . . . Д а !. . — повторялъ Абрамчукъ, утвердительно кивая голо- вой, к ак ъ будто стараясь всячески поднять въ мо- ихъ глазахъ репутацію Катены. Я съ нимъ согласился, и мы пріятельски распро- щались. Наступило ненастье, и только спустя почти не- дѣлю мы могли снова возобновить наше путеше- ствіе къ будкѣ Сидорыча. Къ нашему удивленію, ни самъ Сидорычъ, ни Абрамчукъ не подходили къ намъ съ тою предупредительностью, к акъ это дѣ- лали раньше, и совсѣмъ не раздѣляли нашей ком-